— Ну, с чего бы начать… Начну с плохого. Модернизация. Они улучшают оборудование. К концу следующего года ни один чародей не сможет пройти даже по самому маленькому городу. Ну, про то, что охотники меня ищут, ты знаешь. К слову, похоже Варвара понабрала магов из той общины, где я раньше состояла. Ее сейчас возглавляет Бэзил. Борется с этим, как может. Надо будет навестить их, поднять боевой дух… Михаила недавно видела. Живет себе во Владимире. Надеюсь, его это все стороной обойдет… Вась, помнишь, как мы в лагерь вместе пошли?
— Как забыть этот кошмар. Вставать рано утром летом — издевательство, не иначе.
— Весь зарос, проржавел.
— Надеюсь, со школой произошло то же самое.
— Не могу тебя разочаровать или обрадовать — меня там не было. Но знаешь… Всю землю, на которой прошло наше детство, уродуют эти ужасные рельсы.
— Перебирайся ко мне, как все закончится. Леса они пока не трогают.
— Не, кто-то же должен узнать о вырубке заранее и спасти тебя. К тому же, еще достоверно неизвестно, переживу ли я эту зиму.
— Еще раз подобное скажешь — сама тебя придушу.
Время незаметно подобралось к ужину. Ели то же, что и на обед, но на этот раз в идеальной тишине. Каждый думал о своем, но в то же время все думали об одном и том же. А затем по очереди занимали ванную комнату. В итоге приблизительно к десяти все были помытые, сытые и уставшие. Ханс ушел спать первым, а мы с Василисой еще посидели, вспоминая годы отрочества, проведенного вместе.
— Или, помнишь, как она пришла пьяная? — я давилась смехом, но старалась делать это как можно тише. — Она завалилась на Антона, уже не помню его фамилию, он тогда в шестом был.
— Самая ужасная директриса всех времен, не иначе.
— Как-то я сбегала с уроков, а охранник остановил меня на выходе, мол, какого черта, есть ли разрешение и так далее. А я ему говорю, мол, Имниева, директриса, меня отпустила. Ну он и пропустил. Я отхожу от школы на десять метров, а она мне навстречу идет… Ничего не сказала, но, когда она переступила порог школы, я так засмеялась, что на три квартала вокруг было слышно, будь уверена.
— Ха, бывает же. А я как-то пошла сигареты покупать на большой перемене, в магазин недалеко от школы. Смотрю — она передо мной в очереди стоит. Покупает дешевый коньяк и стоит, не уходит. Ну, думаю, зараза, небось матери разболтает, она же ее тогда часто видела. Купила, отхожу, а она мне говорит: «Я ничего не расскажу, если ты ничего не расскажешь». Мне в жизни так страшно не было. Но она сдержала свое слово.
— А ты нет, какая ирония.
— Ладно, — она потянулась, вставая с дивана, — пойду я спать. А то засиделась с тобой. Спокойной.
— Спокойной ночи, — я проводила ее взглядом, а затем она скрылась за дверью своей спальни. Надо тоже идти.
Поднявшись на второй этаж, я остановилась напротив двери своей комнаты. Голубое свечение в области сердца не давало мне покоя. И магия. Это была чертова магия! Я развернулась и направилась в комнату, выделенную Хансу. Не стучась, я сунула в комнату голову и прошептала:
— Ханс? Ты спишь?
Он потянулся в темноте к тумбочке и включил ночник. Видимо, это и есть ответ. Я протиснулась в комнату целиком и плюхнулась у изножья кровати, сев по-турецки.
— Я слушаю.
— Что слушаешь?
— Не прикидывайся дураком, Ханс Дюрер. Я знаю, что ты знаешь, что я имею в виду. Ты маг, но не маг. Что это, мать твою, такое было?
Он тоже сел, облокотившись спиной на изголовье и стену. На груди у него больше не было бинтов.
— Думаю, это можно считать второй частью разговора про эксперименты охотников над магами. Вот, сделали они биомеха с сердцем боевого мага. А что дальше-то? — я выжидающе смотрела на него. — А дальше они это сердце забирали обратно. Это, своего рода, обработка. Подготовка к финальной стадии.
— Они вживляли их себе?
— О, нет, не себе. Они не могут так рисковать, ибо тут шансы пятьдесят на пятьдесят. Есть вариант, что сохранится разум поехавшего «материала». А это не приведет ни к чему хорошему.
— Людям?..
— Да. Я, как ты можешь заметить, попал под раздачу.
Свечение вновь появилось. Оно появлялось на каждый удар сердца и постепенно угасало, потом снова удар, и снова гаснет… Я не удержалась, подобралась поближе и приложила руку. Ощущения не давали ничего необычного за исключением того, что чужое бьющееся сердце само по себе завораживающе.
— В тебе действительно сердце мага… И ты… можешь использовать его силу, да?
— Да.
— И детектор тебя не заметит. Это же еще лучше, чем если бы ты был просто человеком!
— Спасибо.
— Но как они в таком случае тебя отпустили? Разве ты не подопытный?
— Подопытный. Но разве что-либо способно меня удержать?
— Хм, действительно, — я вернулась в изначальное положение в ногах. — И ты можешь атаковать, отражая чужие атаки?
— Не только отражать, еще и усиливать их.
— Н-да, а ты ценный сотрудник.
— Хорошо, что ты это заметила.
— Ну, всем пора спать, — я спрыгнула с кровати и оказалась у двери, — в любом случае, Ханс, я рада, что ты — это именно ты. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, Алиса.
