Стискиваю челюсть, переглядываясь с Гором. Он все прекрасно понимает и тоже на тормозах спускать беспредел не будет.
— А вы, тут же камеры… Что будет, Ильюша…
От ее ласкового Ильюша у меня в ушах закладывает. Кто меня так называл? Когда? Мама в детстве.
Глазами огромными лупит и жмется ко мне всем телом. Ищет защиту.
— Ляль, давайте мы вас домой отвезем. Нам бы только переодеться.
— Нет! Я боюсь, одна боюсь! Нет, нет, я с тобой.
Через пятнадцать минут мы едем в моей машине, вдвоем. Гор забрал Олесю сам и пока мы рассаживали девчат по машинам, перекинулись парой слов, договорившись созвониться позже.
Олька всхлипывает, сжимает тонкими пальчиками сумочку. И такая уязвимая в этот момент, что мне очень хочется ее защитить.
— Я боюсь, что папа узнает… — тихо шелестит голосом.
— А папа у нас…
— Папа военный, и он сейчас в командировке. Далеко. Будет переживать.
— Давай я сам решу с этими отморозками вопрос, а папе мы не скажем. Идет? — Выдаю уверенно.
Она поднимает на меня заплаканные глаза. Шмыгает носом по-детски.
— Папе не скажем… А тебе… это опасно Илья. И ты врач, а ты сегодня… у тебя руки… — вновь реветь начинает. — Как ты, а вдруг бы сломал, ты же оперируешь как бог… к тебе такие очереди пациенток ото всюду…
— Не реви Ляль, — притормаживаю на въезде в мой двор. — Успокаивайся, посмотри мои руки целы. Все можно решать не только кулаками. Побудешь у меня, тут спокойнее.
Я в это конечно слабо верю. У Ольки дом приличный, с охраной и серьезной входной дверью.
— Я хочу домой, у меня нет ничего с собой.
— Твоя футболка еще лежит на полочке.
— А?…
Завожу девушку к себе в квартиру, словно чертово дежавю. Дрожащая и бледная Лялька, еле передвигающая ногами и я злой, заебанный и нервный. Сильно нервный.
— Давай в зал, —веду ее по коридору и усаживаю на диван. Она с ногами забирается. — Чай принесу и плед, — ухожу на кухню щелкнуть кнопкой чайника и в спальню за пледом.
— Так теплее будет, — укутываю ее вязанным покрывалом. У нее зуб на зуб не попадает.
— А если… они опять нас подкараулят. — Глаза от ужаса округляет.
Только у меня есть подозрение, что ушлепки именно ее пасли, Олеся просто два раза под руку им попадалась.
— Не подкараулят, — уверяю.
В голове прокурчиваю что могло произойти.
— Ляль, ты кого-то из них знаешь? — подаю ей в руки чашку с чаем. — Аккуратно, горячий, — предупреждаю.
Она задумывается. Молчит пару минут, с сосредоточенным лицом.
Глава 38. Друг.
Туман.
— Нет, я точно их не знаю, — подумав немного, отвечает. Отпивает чай из кружки и ладони об нее греет.
К себе ее притягиваю укладываю голову на плечо, не сопротивляется, расслабляется немного в моих руках.
— Но мне многое кажется странным. — сдвинув брови к переносице, говорит тихо, — Откуда они узнали где я работаю? Так быстро. Они на следующий день приехали.
Я подозревал, что ушлые ребята адресно работают, и Оля мне это подтверждает.
— Тут они тебя точно не найдут. Успокаивайся, Ляль, я тебя в обиду не дам.
Поднимает не меня огромные глаза, в мои смотрит. И так ее поцеловать хочется, сдерживаю себя сейчас. Ей точно не до поцелуев.
— Нет, точно нет. Долговязый такой… яркий. Я бы его запомнила, а второй… Нет. Точно нет. Я их не знаю.
— Ты у меня сегодня переночуешь. А потом мы посмотрим, что нам делать.
— Илья, ты не обязан все это делать. Если ты читаешь, что…
— Прекрати Ляль, — перебиваю, — Меня не заставить делать то, чего я не хочу. Тебя смущает что-то? Ты здесь уже ночевала. Успокойся.
Он ставит чашку на столик у дивана. Укрывается сильнее пледом.
— Тут спокойно. Спасибо, — заглядывает в мои глаза с покорной благодарностью. И у меня блять в штанах встает. Мне хочется с ней творить непотребства. Раскрепощать ее и проверять, что ей нравится. Но… позволить себе не могу. Точно не сейчас.
— Отдыхай, — встаю, помогаю ей улечься. — Я буду рядом.
Сбегаю в ванную. Там, напротив зеркала стою оперев руки о раковину и смотрю на себя ошалелым взглядом.
Сука, я плыву. Мой организм реагирует на нее постоянно. Будь на ней форма, платье… сейчас подавно. Она у меня в квартире, на моем диване. А я не могу до нее прикоснуться так как мне хочется.
Минут через десять заглядываю в зал. Ляля спит, свернувшись клубочком на диване, только нос торчит и пяточка. Подхожу укрыть и залипаю на ноге. Ноге блять!!! С аккуратными пальчики и ноготками с белым лаком. Натягиваю аккуратно плед и выхожу из зала, плотно прикрыв дверь. Дожил ты, Туманов.
Пока Лялька спит сладко, тихо выхожу на кухню.
— Здоров бро, давно ты мне не звонил, — басит на том конце провода, перебивая громкую музыку.
— ЗдорОво, — отвечаю, — как ты? Как жизнь?
— Заебись. — Уже в тишине отвечает.
— Самый лучший ответ, — тихо смеюсь. — Мне бы встретиться с тобой.
— Давай. Завтра.
— Нет, мне нужно сегодня.
— Проблемы?
— Помощь нужна.
— Подъехать сможешь сам? Адрес сообщением кину.
Пишу Ляльке записку и оставляю на столике перед диваном. Надеюсь, что я успею вернуться до ее пробуждения.
Продолжение.
