— Знаете, это очень неприятно — когда тебя тянет к тому, кто даже не нравится. А если бы я поддалась, подошла и поцеловала Адриана на глазах у всех?! Это же. — Она прерывисто вздохнула. — Это ужасно!
— Ужасно. Прости.
София смотрела на него, нахмурившись, но эмоции ее постепенно остывали.
— Вам не за что извиняться. Вы не виноваты.
Это было спорно, но Арен промолчал. Очень хотелось остаться и поговорить нормально, но, во-первых, Софии лучше перед этим остыть получше, а во-вторых — дипломатический комитет его уже ждет полным составом.
— Софи, я пойду, — произнес Арен, все-таки не выдерживая и легко касаясь руки девушки. Она ее сразу отдернула, вновь вспыхнув от обиды. — Вечером поговорим. Я зайду.
— Не сомневаюсь, — пробормотала она, отворачиваясь. Эмоции ее были горькими и неприятными. Но, в отличие от эмоций Виктории, из-за которых Арену хотелось поскорее уйти, сейчас ему хотелось остаться и сделать все, чтобы Софии стало легче. Но не было возможности.
Император, выйдя из камина в своем кабинете, сначала вызвал Гектора и, быстро обрисовав ему ситуацию, связался с главным из дежурных охранников жены.
— Бирн, доставьте ее величество во дворец, пожалуйста. В ее покои. Если будет спрашивать, скажите, что это мой приказ.
— Да, ваше величество.
Ожидая главного дознавателя, София задремала — сказалась усталость после бессонной ночи, да и у антидота действие было частично расслабляющим.
Но поспать ей не дали — минут через двадцать распахнулась дверь, и в комнату вошел Дайд. София сразу приподнялась на постели и хотела встать, но мужчина махнул рукой, опускаясь на стул:
— Лежите. У меня всего-то несколько вопросов, и отвечать на них вы можете, находясь в любой позе.
— Это неприлично, — пробормотала София, все же поднимаясь.
— Это — нет. Можете мне поверить, как человеку, который знает толк в неприличном, — хмыкнул дознаватель, и почему-то Софии подумалось, что он имеет в виду вовсе не постельные связи. — Но как хотите. Только сядьте скорее, а то ведь упадете сейчас, придется мне тоже вставать, поднимать вас, а это хлопотно.
Она невольно улыбнулась, садясь на второй стул.
— У вас вообще со мной много хлопот, айл Дайд. То конфеты отравлю, то вот, приворожусь.
— И не говорите, — он фыркнул. — Вопрос первый, София. К кому из присутствующих вы почувствовали притяжение сегодня?
— К его высочеству Адриану.
— Когда это началось?
— Ну. — Она на секунду запнулась. — Я не уверена, но мне кажется, что два дня назад.
На лице Дайда ей почудилось удивление.
— Почему вы так считаете?
— Из-за головы. Она у меня каждый раз кружилась. И началось это два дня назад. Правда, первое головокружение к его высочеству никакого отношения не имело.
— Давайте-ка подробнее, и с самого начала. Когда и при каких обстоятельствах у вас впервые закружилась голова?
София стала рассказывать, чувствуя себя немного глупо. Может, зря она это вообще упоминает? Может, и не связана императрица с приворотом?
— Вы не смущайтесь, — произнес Дайд, когда она на секунду запнулась — словно понял, о чем она думает, — рассказывайте все, что помните. А я уже выводы буду делать. Главное — ничего не умалчивайте.
Это помогло, и София продолжила рассказ. А когда закончила, увидела, что Гектор улыбается.
— Забавная история.
— Почему?
— Потому что приворот должен был подействовать на вас через сутки. Приворотное зелье всегда действует не сразу, оно должно приспособиться в организме. Судя по тому, что вы рассказали, суток было достаточно. Однако вчера вы ощутили только легкий дискомфорт и недоумение. Сегодня было хуже, но и сегодня зелье на вас не подействовало.
— Разве? Я ведь.
— Вы так и не подошли к его высочеству, — Дайд, по-прежнему улыбаясь, покачал головой. — Хотя должны были. Сегодня эффект усилился, думаю, что из-за сопротивляемости организма. Но скорее всего, уже завтра он пошел бы на спад. Привороты выветриваются очень быстро, их надо постоянно обновлять.
София молчала, задумавшись. Про привороты она знала мало — точнее, она про них почти ничего не знала. Кроме того, что они запрещены законом.
— Айл Дайд. Вы можете объяснить, почему он не подействовал? Или это секретная информация?
— Не секретная. А не подействовал этот приворот по той причине, что вы кого-то любите, София.
Кажется, она покраснела — щекам вдруг стало очень жарко.
— И любите сильно, — продолжал Гектор, внимательно глядя на нее. — Чем сильнее чувство — тем меньше влияния у приворота к другому человеку. Тот, кто пытался вас отравить, про это, разумеется, слышал. Но он к вам в душу не заглядывал, поэтому и не понимал, что в привороте нет смысла.
Защитница. Лучше бы она не спрашивала!
Хотя Дайд. он ведь не может знать, кого именно любит София? Не может, да?..
— Имейте в виду, — сказал Гектор, поднимаясь, — я доложу обо всем императору. Принимать решение о дальнейших действиях следствия будет он.
— А. — София тоже встала. — А какое наказание предусматривается за приворот?
— В зависимости от ущерба. В вашем случае это может быть денежная компенсация в довольно-таки большом размере.
Фу. Противно.
