Комиссия по родовой магии… Он довольно долго откладывал разговор с ними, надеясь, что его помощь не понадобится. Всё же, принимая титул императора, он клялся и хранить тайну своего наследия. Но сейчас на карту было поставлено гораздо больше, чем просто чьи-то амбиции.
Интересно, а отец понял бы это? Нет, скорее всего, бывший император даже отчитал бы сына за подобные крамольные мысли.
— Значит, и к лучшему, что тебя уже нет в живых, отец, — пробормотал чуть слышно Арен, глядя на то, как заходят в кабинет члены комиссии.
Точнее, первой сюда вошла совсем не член комиссии, а заместитель главного врача Императорского госпиталя Эн Арманиус, не далее чем месяц назад носившая фамилию Рин. Она и ректор Магического университета были единственной столичной парой, сочетавшейся браком после принятия закона о титулах. И причина подобного игнорирования этого закона была, по мнению Арена, в родовой магии. Нетитулованные маги ею не обладали, и аристократия боялась лишиться уникальных свойств родовой крови. Справедливо они боялись или нет — император не знал. Но ему было, что рассказать комиссии, и уже давно.
Вошедшая в кабинет Эн неловко присела, чуть покачнувшись, и Арен поспешил сказать:
— Не нужно этого, просто садись.
От неё плеснуло отчётливым облегчением, и она с благодарностью кивнула, располагаясь на одном из диванов справа от его письменного стола. Парой секунд спустя рядом с Эн опустился Рон Янг — талантливый молодой артефактор, разработки которого всегда очень хвалила его начальница, директор института артефакторики. Но присматриваться к этому юноше Арен начал совсем недавно — когда Янг стал связным-артефактом ректора Магического университета. А пару недель назад он впервые в истории смог перенести живое существо размером больше кошки — а именно собаку, — через стационарный пространственный лифт.
Остальные члены комиссии тоже постепенно рассаживались, и император ощущал от них волны удивления и недоумения. Ну да, на их месте он бы тоже не понимал, что здесь делают врач и артефактор. Ладно ещё артефактор, они тоже изучают родовую магию, но врач?..
— Что ж, добрый вечер, — сказал Арен, кивнув и обводя глазами присутствующих. Дождался, пока все прошелестят в ответ «добрый вечер» и продолжил, обращаясь к председателю комиссии, высокому седовласому мужчине: — Винсент, напомните мне, сколько лет уже вы и ваши коллеги работаете над разгадкой тайны родовой магии?
— Пятнадцать, ваше величество, — ответил председатель, чуть напрягшись — скорее всего, воспринял как упрёк. — Начали ещё при вашем отце. Мы, конечно, совершили множество открытий, но главного так и не сделали, признаю.
— Я спросил это не для того, чтобы обвинять вас в чём-то, Винсент. Я хотел бы, чтобы вы и ваши коллеги понимали, для чего я позвал уважаемых Эн Арманиус и Рона Янга. И Эн, и Рон зарекомендовали себя как неплохие учёные, уже совершившие несколько уникальных открытий. Эн — в области лечения больных со сломанным магическим контуром, Рон — в стационарных пространственных лифтах. И я хочу, чтобы они вошли в комиссию. Во-первых, вам нужен новый, свежий взгляд на вещи, а во-вторых, они — нетитулованные маги.
— Эн уже титулованная, — возразил Янг сердито, и император усмехнулся — артефактор смотрел на него очень недовольно, и от него волнами шло раздражение. И Арен понимал, почему — ведь он не спросил ни у Эн, ни у Рона, хотят ли они состоять в комиссии. Поэтому и не спросил, что они бы не захотели. Но придётся.
В конце концов, у него тоже никто не спрашивал, хочет ли он быть императором.
— Тогда я перефразирую — вы не аристократы по праву рождения и не обладаете той самой родовой магией, над разгадкой тайны которой бьются присутствующие.
— Но чем мы можем помочь, ваше величество? — спросила Эн осторожно. Арен прислушался к её эмоциям — нет, она не боялась. И в отличие от Янга, совсем не сердилась. Скорее, ощущала лёгкое беспокойство — вероятно, опасалась, что он выдаст её секрет, о котором Арену на днях рассказал Берт Арманиус, муж Эн. — Особенно я — чем? Я не представляю даже, с какого конца заходить к этой проблеме.
— Я сейчас расскажу кое-что ещё, — произнёс император, вставая из-за стола. — Но не здесь. Прошу вас всех следовать за мной.
Никто, кроме самого Арена, не знал, что в главном рабочем кабинете находится небольшая потайная комната. Стоило вынуть с полки несколько книг, нажать на стену за ними в определённом месте и, почувствовав, как палец легко колет тонкой иголкой, забирая каплю крови, толкнуть шкаф вперёд — и он отодвигался, освобождая проход в соседнее помещение.
— Здесь, к сожалению, всем негде разместиться, — пояснил Арен, заходя внутрь. — В эту комнату никому нет доступа, кроме императора, поэтому и кресло одно, и стол такой небольшой. Не слишком удобно для работы, но придётся потерпеть. Эн, садись.
Единственная женщина в этой компании чуть испуганно помотала головой.
— Спасибо, я постою…
— Садись-садись, — повторил Арен твёрдо. — Здесь и так мало места, кто-то должен сесть, и это будешь ты.
— Хорошо, — вздохнула Эн и всё же опустилась в кресло.
