– Подумал, что вам может понадобиться помощь.
Она промолчала, но глаза говорили лучше слов.
Я прошел мимо. Ждал у патрульной машины, пока из дома не вышли трое полицейских и не привлекли ее внимание.
– Детективы, вам бы надо взглянуть, – крикнул один из них.
Мэнсфилд выбралась из машины и направилась к входной двери. Проходя мимо меня, остановилась и стала натягивать латексные перчатки.
– Ну что? Идете?
Я последовал за ней. Мы все надели перчатки, натянули бахилы. По протоколу мне следовало войти первым, как-никак Купер – это моя юрисдикция; Мэнсфилд была из другого города. Так сказать, гостья департамента.
Но ей было плевать. Ее не волновало, задеты ли моя гордость или другие чувства. Ей была нужна правда. Нужно было найти ее и сохранить. В отличие от меня, как ни стыдно в этом признаться. Она шла впереди, я за ней.
В доме уже включили свет. По необходимости, ведь жалюзи на всех окнах были закрыты. Чтобы никто не заглянул, не увидел, кто находится в доме.
Мы остались одни. Всем остальным было приказано очистить дом до прибытия Боба и его команды криминалистов. Нас встретила тишина. Мы осторожно прошли через гостиную. Мэнсфилд указала на упавшую лампу – абажур погнут, на корпусе трещина. Результат первой атаки Саймона.
– Что думаете? – спросила она.
– Тот, кто здесь был, так торопился сбежать, что опрокинул лампу.
– Может быть.
– Может быть?
– Дело не только в лампе. Ковер с одного конца задран, кофейный столик сдвинут в сторону. – Мэнсфилд указала на рассыпавшуюся коллекцию эмалевых слоников. Я их и не заметил. – А здесь, – она опустилась на колени у обеденного стола, – вмятины от ножек. Стол сдвинули.
– Вы что, думаете здесь была драка?
– А вы так не считаете?
Я демонстративно оглядел комнату. Хмыкнул.
Она кивнула в сторону кухни.
– Вышли, должно быть, через заднюю дверь.
– А вы выставили полицейских в переулке за домом?
– По обе стороны от участка задние дворы. Они могли перелезть через забор.
Я почти не слушал. Шарил глазами по всей комнате. Где Саймон мог спрятать фотографии? Мне нужно было добраться до негативов, пока их не нашел кто-нибудь другой. Боб и его парни. Или, еще хуже, сама Мэнсфилд.
Она провела пальцами по замку и с довольным видом отступила.
– Давайте поднимемся наверх.
Мы оба знали, что нас ждет. Полицейские уже предупредили.
Мне это было на руку.
Поднявшись по лестнице, мы остановились у двери в хозяйскую спальню. На этот раз я почувствовал запах издалека. У крови металлический запах. Здесь пахло ржавчиной. Хотя я и знал, что увижу, ужасное зрелище все равно застало меня врасплох. Бледное тело на красных простынях. Разрез на горле напоминал разинутый рот.
Мэнсфилд покачала головой.
– Господи.
Внизу послышались шаги. Мгновение спустя на верхней площадке лестницы появился Боб. В белом защитном костюме, с небольшим пластиковым кейсом в руке. Тот же костюм, в котором я увидел его в первый раз.
Он хмуро оглядел нас обоих. Капюшон и защитные очки наполовину скрывали его лицо.
– Вы двое, – велел он. – Выходите.
Мэнсфилд кивнула и бросила на меня взгляд. Мы спустились по лестнице и вышли в морозное утро. Я еще раз оглядел дом, по которому мы только что ходили. Как будто мог неожиданно заметить где-нибудь рядом с цветочным горшком ленту негативов.
Я и не заметил, как влажно было в доме, пока не вышел на улицу. Я глубоко вдохнул ледяной воздух и почувствовал, как он обжег легкие. Но запах остался. Запах крови. И меня вдруг охватила иррациональная паника – что если он останется со мной навсегда?
Улицу уже оцепили. С обоих концов ее перегораживали патрульные машины с лениво ворочающимися «мигалками». В груди будто что-то кипело. Горячая, колющая боль, от которой у меня едва не подкосились ноги.
Они найдут фотографии. Теперь это только вопрос времени. Сегодня утром у меня в какой-то момент мелькнула шальная мысль – признаться. Выложить все, что произошло с момента моего приезда. Станет ли мне от этого легче? Может быть, ненадолго. И вот он, последний шанс, но… У меня не хватило духу.
Сколько у меня времени до того, как они найдут фотографии? Если только Саймон не нацарапал на конверте «Томас Ливайн. Шантаж», то, наверное, немного есть. Даже если их найдут сегодня, то проверить могут и не сразу.
Нужно как-то перехватить улики. Проникнуть в комнату с вещдоками и забрать фотографии до того, как их зарегистрируют.
За считаные секунды я прокрутил в голове сотню сценариев, каждый из которых был невероятнее предыдущего. В какой-то момент я даже всерьез рассматривал возможность украсть белый комбинезон криминалиста и вернуться в дом.
– Все в порядке, Томас? – спросила оказавшаяся вдруг рядом Мэнсфилд. – Вид у вас немного бледный.
Я уставился на нее.
– Все нормально. Трупы, знаете ли.
Она хмыкнула.
– Если действительно хотите помочь, давайте попробуем взять показания у соседей. Они-то еще живы, так что вы, надеюсь, справитесь.
