— Хорошо получается, кстати, — негромко вставил лидер Учиха. Исобу сначала просто кивнул, а затем удивлённо воззрился на главу клана. Не хватало что б он тут же в ноги кинулся, благодаря за похвалу. Конечно, от Мадары такого не дождёшься.
— Спасибо, Мадара-сама. Рюзаки! Ты мог хотя бы помочь мне, они же кусаются!
— Укусили бы они тебя за зад, зажило бы всё, — фыркнул парень и снова припал к пиале с саке, но тут же поперхнулся, будучи словленным подзатыльник. — Какого ты творишь?
— Тут дети, не выражайся!
Рюзаки потёр макушку и вздохнул.
— Вот, к чему нужно стремиться. — Вытянув руку вперёд, на ладони начало формироваться хаотичное пламя размером с ладонь, преобразовавшееся в огненную сферу, больше напоминающую сгусток лавы. — Формировать образ и использовать его на врага. Или тут же прекратить. — Мадара сжал ладонь, и огненная сфера растворилась в воздухе, ненадолго оставляя после себя тепло.
Заметив, как зажглись такие же ониксовые глаза, как у него, Мадара чуть прищурился. Сейчас начнётся…
— Дядечка, а, дядечка, научите меня?
— Нет.
— Я буду себя хорошо вести!
— Отъеб… Обито, отвали. Иди приставай к этим двум оболтусам.
Мадара встал и направился к себе в комнату, оставляя двоих взрослых на растерзание любопытного пацана.
Вот ещё, буду я учить беспризорника. Он даже не Учиха. Хмпф!
…
Когда Мадара вернулся в гостиную спустя полчаса, он не заметил своих подчинённых на месте. Зато за столом вовсю хомячил Обито, что за ушами трещало. Негатив как рукой сняло. И Учиха даже чуть улыбнулся. Улыбнулся! Обычная лёгкая, но уставшая улыбка, которую он не использовал уже очень давно. Одни оскалы и скорченные рожи. Казалось, сейчас его лицо внезапно постарело лет на десять.
— Обито, — негромко позвал мужчина, как-то осторожно проходя внутрь. — Где остальные?
— Они пошли спать, — различил по еле шевелящимся губам. Мальчик валился с ног от усталости и внезапной сытости, которой у него отродясь не было. Грех было не воспользоваться. И он настолько увлёкся, что смёл половину всего ужина со стола, а потом стал клевать носом.
Предсказуемо, конечно.
Завтра Мадара лично пойдёт разбираться с торговцем и по разным делам. За это время, он рассчитывал, Обито свалит с его поля зрения. Спасение ребёнка из лап волка — ещё ничего не значит. Любой уважающий себя шиноби так поступил бы. Бы.
Может, взять его с…? Нет! О чём я только думаю? И без него проблем хватает.
Мадара достал из шкафа одеяло и накрыл им ребёнка, а потом быстро ушёл, стараясь ни о чём не думать.
…
Стараясь держать невозмутимое лицо, мужчина постучал сильнее по двери. А затем поджал губы в раздражении.
Прячется, паразит.
Потом выбил дверь с ноги, заставив дверь слететь с петель и поднять грохот. От взгляда с нахмуренными бровями все по инерции съежились и почувствовали на себе подавляющую ауру вошедшего.
— Кто тут Умай? — сказал Мадара холодно у группки людей, которые сидели вокруг столика. Полный мужчина, трясясь как осиновый лист, поднялся с пола на дрожащие ноги. Его тут же схватили за шкирку и потащили на выход: — пойдёшь со мной.
Идея пришла довольно неожиданно.
Почему бы пацану не показать, на что Мадара способен? Что он может сделать с Обито, если тот в конец задолбит его своими вопросами? Как потом будет всю жизнь заикаться и бояться Учих? Как будет шарахаться от людей?!..
Да врёт он всё, ничего он Обито не сделает. Как бы не хотелось в этом признаваться, но в Обито Мадара видел себя. Та же непоседливость, настырность и желание стремиться к лучшему. Ониксовые глаза блестели от восторга, когда Мадара что-то ему говорил, и в этот момент он сам понимал, что что-то происходит. Ну, не сможет он бросить пацана.
Но показать силу надо.
Через десять минут уверенной ходьбы Мадара затолкал мужика в отель, кинул прислуге мешок монет, чтобы не беспокоили и потом за ними всё убрали. Плюхнувшись на толстое пузо, мужичок начал лихорадочно бегать глазками по полу. Мадара возвышался над ним, как скала.
В этот момент в комнату ввалился Обито, весь из себя весёлый и беззаботный. Но улыбка слетела с его лица, едва он увидел…
Незнакомец кричал, бился в агонии, умолял прекратить. Мадара даже не моргал — пристально смотрел в глаза жертве, и наблюдал, как боль сжигает всё изнутри.
— Я всё скажу! Всё скажу! Пощадите, — проблеял, на что мальчика проняло и он уже было сделал шаг к мужику. Он не видел, как блеснула сталь на свете ночника. Потная рука с кинжалом замахнулась на ребёнка, и тот в испуге замер.
Вой раненого зверя разрушил тишину комнаты. Кровь пятнала собой пол и участки стен, попала на лицо мальчика, но он этого не заметил. Он в оцепенении наблюдал, как медленно обнажается клинок из ножен, блаженно прикрываются глаза убийцы, чему-то чуть улыбаясь. Мгновение — кровь хлынула фонтаном из обезглавленного тела, заливая весь пол и ноги мальчика. Безжизненные глаза уставились прямо на него. У Обито затряслись колени. С трудом он перевёл взгляд на убийцу.
Его глаза горели алым, пугающе ярким в единственном свете лампы. И смотрел Мадара на Обито, изучающе и… приглашающе.
— Кто… вы?
