Я молча и не противясь смотрела, как готовят и водружают мне на голову парик. А затем на голову сегодня мне одели головной убор шути — корону Амона.
Мне предстояло выполнять одну из обязанностей Великой женщины фараона. Сегодня я буду дочерью, и женой фараона в одном лице. Я буду дочерью бога Амона. Я буду Снеферка — Золотая Соколица Верхнего и Нижнего Египта, дочь Амона.
Когда обряд одевания закончился, я рукой поправила шикарный высоченный убор из двух страусовых перьев. И вышла из своих покоев и направилась в зал аудиенций, где меня ждали многочисленные советники и придворные. Из-за болезни фараона, часть его обязанностей легла на мои ещё совсем детские плечи.
Прошла в сопровождении охраны по длинному коридору, украшенному росписями и рельефами, изображающими подвиги и триумфы фараона Каа. Мельком взлянула и увидела на стенах: как он возглавляет военный поход против кермийцев, как он получает дары от послов, как он приносит жертвы богам, и как он строит храмы и обелиски.
Я гордилась достижениями отца и думала: " А как я сделаю Египет ещё более великим? Как я принесу ему мир и процветание? Как я буду почитать богов, и как они в ответ благословят меня?" Мне было страшно, но я гнала от себя эти мысли. Во мне ещё не было чувства, что я должна буду возглавить Великую Черную Землю. Не осознавала, не понимала…
Я вошла в зал аудиенций и села на трон, тот самый что был изготовлен именно для меня. Тот самый, что стоял рядом с троном отца, фараона. За спиной встал Охан и две наставницы, подсказывающие мне, что делать и как себя вести. Все присутствующие поклонились мне и воскликнули: «Да живет Снеферка, верная Маат-Ка-Ра, дочь Амона».
Я кивнула им и спросила: «Что за дела требуют моего внимания сегодня?».
Так было заведено моими предками и не мне было это менять…
Сидеть на троне мне было тяжело, давила корону Амона которую мне надели поверх трехчастного парика и золотого чепца нерет в виде самки грифа. Я задыхалась от парика и переживаний, что сделаю что-то не так или же скажу невпопад.
Один из советников фараона подошел ко мне и сказал: «Великая царица, мы получили известие, что прибыли послы ливийцы».
— Нужно их выслушать, — шепнула одна из наставниц.
Повернувшись к другой наставнице и спросила: «А что у нас с ливийцами? Мы торгуем с ними?»
Охан ответил: «Великая царица, мы воюем с ними».
Я улыбнулась и сказала:
— Значит нужно заключить мир и организовать торговлю между Черной Землей и ливийцами. Там где выгода, там нет место войне.
Наставницы стали шептаться друг с другом, а Охан в знак поддержки положил свою руку мне на плечо.
Советник ответил: «Конечно, великая царица».
Я кивнула и подумала: «Я расширю горизонты Черной Земли. Я открою новые земли и новые возможности. Я укреплю дружбу и торговлю с другими народами. »
Послы услышав высказанные моим, вернее советником фараона, предложением мира и возобновления торговли, просто не знали что и ответить. Они обещали всё сообщить своему царю и потом уже обговорить мирный договор.
Я же, Великая Снеферка, продолжала слушать доклады о состоянии дел в Египте и решать различные проблемы и споры.
Конечно, многие мои решения, были сначала одобрены тиату саб тиату[1] и могущественным верховным жрецом. Но всё же за время болезни отца я многое успела, произвела много значительных строительных работ, включая начало сооружение двух храмов в Карнаке, а также одобрила начало строительства храма Дейр-эль-Бахри, который был посвящен моей богине-покровительнице Таурт.
А так же я дала задание организовать походы в далёкие неизведанные земли, чтобы добыть для Египта редкие экзотические товары, такие как благовония, пряности и деревья индийской лотоса.
И вот настало время, когда отец поправился и я была счастлива. И от того, что он здоров, а ещё больше от того, что с моих плеч свалилось это бремя, принятия решений и пусть, не частых, аудиенций.
Несколько дней мне дали на вольный отдых, освободив даже от занятий. И я не могла этим не воспользоваться, упросила Охана прогуляться по садам у дворца и встретиться с другом.
Охан не обрадовался моей просьбе, но и противиться не стал.
— Ну что ж… Завтра пойдешь, я всё устрою, — ответил он на мой упрашивающий взгляд.
Я обрадованно улыбнулась, и обхватила его за пояс.
— Нефе, тебе нужно быть выдержанной, — покачал он осуждающе головой.
Но это была бы не я. Я Снеферка, радостно подпрыгнула и побежала в свои покои.
И вот на следующий день, в сопровождении охраны и её главы Охана я отправилась по знакомой тропинке в глубь садов. Радости моей не было предела, улыбка не сходила с моих губ.
Очень надеялась. что увижусь с Хотепом, думалось мне, что он уже вернулся. Но всё же на всякий случай я приготовила папирус с посланием для друга, намереваясь положить его под памятный камушек.
В прекрасном, воодушевлённом настроении я бодро шагала к хижине. Издали с небольшого пригорка я приметила хижину и человека невдалеке от неё. Листва на деревьях была молодой и не совсем ещё распустившейся, поэтому я увидела только силуэт.
