– Э-эм… – Он уставился на свой пульт. – В смысле… Есть? Разве что лейденские пистолеты ближнего боя. И эта кнопка, судя по всему, пропускает электрический ток по внешней стороне корпуса, но я не уверен, что она работает…
Пульт заискрил под его пальцами.
– Ай! Ладно, прости, «Наутилус». Оружие есть.
– Хорошо. – Мне все еще не верилось, что это происходит на самом деле. – Путь свободен. Люки задраены… Штурвал, выводи нас. Малый вперед.
– Есть малый вперед, – сказала Халима.
Пол задрожал. По выпуклым иллюминаторам побежали пузырьки от поднятой волны. Мы двигались.
– Да! – восторженно воскликнул Вирджил.
Халима и Ли-Энн стукнулись кулаками.
Но я не спешила радоваться – ведь моя следующая команда могла выявить тысячу протечек и отправить нас всех на дно.
– Машинное отделение, – сказала я, – приготовиться к погружению.
– Машинное отделение, – ответила Нелинья. – Есть приготовиться к погружению.
– Оружейный отсек, – подал голос Дрю Карденас. – Все зафиксировано, капитан.
– БИБЛИОТЕКА АНАЛОГИЧНО, – возвестила Эстер.
– Библиотека? – Я закрутила головой, внезапно обнаружив, что Эстер нет на мостике. Почему я решила, что она идет за мной?
– Ну должна же я где-то быть, – наверняка пожала плечами Эстер. – И Юпитер принес сконы с кленовым сиропом.
Динамики задрожали от гавканья Топа, должно быть отдающего дань уважения орангутангам.
– Эстер, поднимись, пожалуйста, на мостик, – попросила я. – Поможешь мне с пониманием лодки.
– Есть, капитан, – вздохнула она.
– И захвати мне скон, ладно?
– И мне, пожалуйста, – вставил Вирджил.
Халима, Ли-Энн, Джек и Джем подняли руки.
– Шесть сконов, – уточнила я.
– Есть шесть сконов, – Эстер. – Не желаете к ним эспрессо?
Было совершенно непонятно, шутит она или нет.
– Нет, спасибо.
Хотя я бы не отказалась от кофе с молоком… Но нет.
Стоп. Что я делаю?!
– Контроль погружения. – Я сделала глубокий вдох и повернулась к Ли-Энн. – Глубина десять метров. Поехали.
Ли-Энн улыбнулась:
– Есть, капитан. Поехали.
Вода снаружи поднялась, полностью покрыв носовые иллюминаторы. «Наутилус» ушел под воду. Впервые за полтора столетия лодка шла своим ходом.
И вдруг мы во что-то врезались.
Лодка содрогнулась и заскрежетала.
– Полная остановка! – крикнула я.
Звук, напоминающий скрип мела по школьной доске, стих, лишь когда мы замерли. Я судорожно вдохнула, покрывшись холодным потом от мысли, что мы погубили величайшее изобретение в мире.
– Что это было? – спросила я.
– А, это я виновата, – поморщилась Халима. – Я забыла переключить локус на ближний радиус…
Она щелкнула тумблером, и голографическая сфера на ее пульте расширилась до размеров мяча для фитнеса. Светящаяся фиолетовая точка в центре отмечала наше положение, но теперь вокруг появилась зеленая паутина, очерчивающая рельеф стен пещеры и дюжину каменных шпилей, вырастающих из ее дна. Конец одного из них был прямо под нами и упирался «Наутилусу» в брюхо.
Я скрипнула зубами. Лука и Офелия могли бы предупредить нас о подводном лесе гигантских сталагмитов. Ну или хотя бы вернуть локус в ближний режим. Правда, наше отправление прошло в изрядной спешке.
– Нет, это моя вина, – сказала я Халиме. – Я отдала приказ. Есть повреждения?
Ее взгляд заметался между показателями приборов. Зная «Наутилус», я почти ожидала, что сейчас из пульта выскочит латунная табличка с каллиграфической надписью с завитушками «АЙ!».
Остальные тоже настроили свои локусы.
– Ой, да неужели, – пробормотала Ли-Энн. – Гигантские камни, говоришь?
На мостик вбежала Эстер с тарелкой сконов. Топ у ее ног игриво припал на передние лапы, как бы вопрошая: «Где вечеринка?»
– МЫ УДАРИЛИСЬ О СКАЛУ? – спросила Эстер.
Из динамика сверху раздался голос Нелиньи:
– Кажется, мы ударились о скалу.
– Спасибо, мы в курсе, – отозвалась я. – Кто-нибудь знает, есть повреждения?
– Я ничего такого не вижу, – сказала Нелинья. – Но давайте больше так не делать.
– Согласна. Штурвал, уведи нас, пожалуйста, от этого пальца смерти.
– Есть, капитан, – с явным облегчением в голосе ответила Халима.
– Вижу вход в туннель, – сообщил Вирджил от своего пульта. – Пятнадцать градусов вправо, расстояние девяносто метров, глубина двадцать метров.
Я подавила дрожь. Об опасностях подводных пещер рассказывают на самом первом занятии в школе дайверов, потому что шансы погибнуть в них очень и очень высоки. И то, что мы находимся внутри подводной лодки, оптимизма мне не прибавляло. Мы только сдвинулись с места – а уже едва не превратились в шашлык. Но как-то не по-капитански будет кричать: «Мы все умрем!»
– Поворот на пятнадцать градусов вправо, – сказала я. – Глубина двадцать метров. Малый вперед. И давайте больше без столкновений, ребят.
Джем засмеялся, и я сердито посмотрела на него.
– Ладно, это было не смешно, – признал он.
Мы снова двинулись вперед. Я не сводила глаз с голограммы локуса и с постепенно увеличивающегося, как пасть кита, входа в туннель.
– Расстояние сорок метров, – сообщила Халима. – Глубина стабильные двадцать метров.
Я покосилась на Эстер, стоящую справа от меня с тарелкой выпечки:
– Как тебе «Наутилус»?
– Спокоен, – ответила она. – Хочешь скон?
