Так что если я хочу Колина для себя, то расслабляться и плыть по течению — не правильно. Когда надо, нужно его направлять.
Меня радует то, что если отбросить мое отношение к нему, то он значительно отличается от большинства знакомых мне мужчин тем, что прислушивается к моему мнению. Вот как сейчас.
Когда мы ещё были в пустыне, это проявилось особенно ярко. Он переживал, что, если я окажусь одна, не смогу себя защитить. Как сильный водник я могу изучить магию крови. Действует она только на тех, кто очень близко ко мне находится. Я отказалась ее использовать и изучать. Мне противно управлять другими людьми. Беспомощность, когда собственное тело предает их, ужасна. И он услышал. Да. Было бы намного эффективнее если бы я изучила это, но я не могу. Слишком мерзко. В итоге он начал учить меня стегать водным жгутом и ещё более уверенно стрелять водными пульсарами, затем щитам. Теперь пульсары уже становятся острыми ледяными пиками, что могут и металл пробить. Мои тренировки дают свои плоды. Правда, меткость по-прежнему хромает.
А сейчас он сидит рядом, ест кашу, смеётся над шутками наших сопровождающих и поглядывает на меня.
Сопровождающие оказались приятной компанией. Большинство уже опытные, сильные воины, потерявшие в прошлом кого-то из близких. Как выяснилось, они сами попросились именно в наш отряд. Если все же столкнемся с неприятелем им выпадет шанс отомстить за родных.
Сколько же боли в этих людях.
Вот высокий, уже в годах Хуан потерял детей и жену при набеге уже давно и новую семью так и не смог больше завести.
Кудрявый смешливый Тук потерял брата в битве, отбивая деревню. Деревню они, хвала Светлой, отбили, но потеряли много воинов. Вынуждены были уйти в другое поселение.
Чом потерял родителей и сестру. Он ещё совсем молодой, всегда с растрёпанными волосами, ямочками на щеках, немногим старше меня, но хочет помочь и отдать дань душам семьи. Чтобы они спали спокойнее.
У остальных примерно такие же истории.
Мы посидели совсем немного и легли спать. Вставать планировали ещё до рассвета. Благо зелий ночного зрения у нас теперь хватало. Шаман поделилась своими запасами. Интересно, что они оказались ровно такие же, как мы с мамой Аришей готовим. Она говорила, что у каждой семьи шамана свои рецепты зелий и, зачастую по разнице можно точно сказать, кто готовил. Вот что значит родственники.
Спала я как убитая. Не просыпалась и если бы вокруг били барабаны, не проснулась бы.
Едва сон начал таять, почувствовала лёгкий стук под ухом, тепло и покачивающиеся движения как на лодке. Ещё не проснувшись пыталась понять, что это. Тут теплые руки прошлись по моей спине, прижали ближе, стук стал громче. Мм… И запах такой приятный. Травы, свежести. Что это? Сознание прояснилось, и я вспомнила, где я и что надо ехать на ненавистной лошади. Лошади? Глаза открылись, и я чуть не упала, подскочив. Колин удержал. Мы уже ехали. Он как-то затащил меня на лошадь и держал, давая мне доспать. Это как я не проснулась?
— Ты как меня на лошадь затащил? — спросила я шепотом.
— Левитацией поднял. — так же шепотом он ответил.
— Зачем? Почему не разбудил?
— Жалко стало. Я начал будить, но ты так вцепилась в одеяло, что решил дать поспать ещё пару часов.
— Сколько времени?
— Ещё темно, видишь же. Ничего страшного. — и уже громче — Народ, привал!
— Не надо из-за меня одной. — завозилась я, пытаясь сесть, как положено на лошадь.
— Надо. Мы сами не завтракали. Встали и поехали.
Народ быстро остановился, ослабил подпруги у лошадей, подвёл их к воде, затем кормили. Мы ехали вдоль небольшой реки. Достали еду. Я пошла мыться. Искупаться бы, раз река, но не до того, да и нежарко. Днём — да, температура приятная, а утром — туман, прохлада. Речка бурлила, гнала свои воды вдоль холмов, обмывая коряги, заросли колючих кустов. Рыба выпрыгивала из воды. Сюда бы на пару дней на рыбалку. Как жаль, что мы только на максимум час тут.
Перекусили вчерашней подогретой Колином кашей, запили чаем и вперёд.
После еды я воспряла духом. Хотя на лошадь залезла не без трепета. Одно утешало — Колин поддерживает и положил мне плотное одеяло под ягодицы, чтобы было хоть немного легче.
Ехать действительно после обеда стало полегче, когда мышцы перестали ныть ещё со вчерашнего дня и у меня хоть как-то стало получаться. Я даже взбодрились и начала улыбаться Колину через плечо, посматривать на нашу охрану и Кима. Он хвалил и подбадривал. Призывал не отвлекаться сильно.
С каждым днём езда мне давалась все легче.
Через пару дней, уверившись, что я не свалюсь с лошади, Колин решил продолжить разговор. Мы все так же покачивались в седле, но отъехали чуть дальше от остальных, чтобы разговор не было слышно.