— В конце лета отец вызвал меня к себе в кабинет и строго сказал: «Если ты, дочь моя, так упорно сопротивляешься свадьбе с Брайсом и не желаешь спокойной жизни во дворце в качестве матери будущих наследников, послужишь Империи иначе!» — Веела зашла издалека. — Я знала, что на самом деле это последняя попытка повлиять на упрямую дочь. Отец не думал, что я стану так неистово сопротивляться браку, но я, обычно послушная, твердо решила не поддаваться. Я не хотела становиться придатком избалованного самодура Брайса. Народ обожает принцев, они так хороши собой, так умны, так обходительны. После гибели Ивейла Империя погрузилась в глубокий траур. Однако я, как никто, знаю, какие они настоящие…
Веела тряхнула головой, но не стала вдаваться в подробности.
— Отец вздумал меня проучить! А ведь я правда ни дня не жила одна, не умела заплести косу, сама одеться: все делали служанки. Аля, ты увидела перед собой перепуганную девчонку, а я не играла — я действительно умирала от ужаса.
Вот потому я так легко поверила ей: Веела оставалась собой, капризной аристократочкой-неумехой, и в то же время она выполняла задание Императора. Ее слезы, ее физическая слабость, ее истерики — все было подлинным.
Ронан не проронил ни слова, погруженный в тяжелые размышления, а я, хоть и обещала молчать, снова не сдержалась:
— Так, погоди! Ректор знал, кто ты?
— Он знал, кто я, ему сказали, что в Академии я должна окрепнуть и научиться самостоятельности, и, конечно, ни слова о моей истинной цели. Я специально подсела к тебе в первый день, чтобы познакомиться, хотя я и представить не могла, что ты возьмешься опекать аристократку, которая станет помехой на испытании. Я была уверена, что в лабиринте мне ничто не грозит, и чуть не погибла в первый же день! А вы с Ронаном меня спасли. Это стало для меня потрясением!
Веела задумчиво прикусила губу и добавила:
— Хотя теперь я не сомневаюсь: мне не грозила опасность. Отец хотел напугать, проучить. Все могло быть не настоящим, как та тварь, которая гналась за нами по лабиринту? Это я ее создала…
— Но зачем? — воскликнул Рон.
— Я должна была проверить силы… Я никогда раньше не создавала нечто настолько большое и страшное. Мне надо было проверить на ком-то: смогу ли.
— Ты должна была застрять с нами на все три года? — нахмурилась я.
— Нет-нет, я должна была наблюдать за тобой, только наблюдать. И докладывать отцу. У меня есть особый артефакт для связи… Я думала, что скоро мое наказание закончится, и терпела лишения из последних сил. Даже пришлось выпить гадкую настойку, которая избавила меня от…
Она запнулась, покраснела.
— Части женского естества. Меня! Княжну! Будто я какая-то корова или свинья и кто-то имеет право распоряжаться моим телом!
Веела словно забыла, что мы все оказались поставлены в равные условия.
— Я пожаловалась отцу, а он холодно сказал, что, если я все равно не собираюсь замуж в ближайший год, все остальное мне без надобности! Я думала, продержусь до зимней сессии, сдам зачеты, отец к тому времени оттает и отменит наказание.
— Но ведь ты не могла просто так взять и уйти из Академии!
— Конечно, нет. Инсценировали бы несчастный случай во время практикума, они постоянно случаются. Никто бы не удивился, что самая слабая одаренная на курсе погибла во время первого боя с тварью.
Ронан только головой покачал. Смерть Веелы навеки разбила бы ему сердце.
— Но что-то пошло не так? — подсказала я.
— Все пошло не так! Неожиданно задание изменилось: отец велел мне подстроить твою гибель. Сказал, что сразу после этого я смогу выйти из Академии и вернуться к привычной жизни. Обещал, что, если я докажу свою смелость и готовность служить Империи, он поймет, что я способна на большее, кроме как рожать детей для наследника. Но я… Я уже успела привязаться к тебе, Аль. Я и сама не ожидала, что так произойдет! Прежде я прекрасно обходилась без друзей. Слуги слушались любого моего слова, потакали во всем. Оказалось, друзья — совсем другое. Никто им не платит за их помощь, а они все равно почему-то помогают. И поддерживают. Могут отругать, но потом понимаешь, что за дело! Только сейчас, в Тирн-а-Тор, где мы выматывались каждый день и каждый день ходили будто по лезвию ножа, я начала жить по-настоящему… Но как я могла ослушаться отца? Провалить задание? Я давала клятву верности Императору. И я… приступила к разработке плана.
— Это была ты! — Детали головоломки встали на место, и я увидела картину целиком. — Ты действительно очень умна, Веела. Умна и наблюдательна. Ты все разузнала про день, отмеченный в расписании красным цветом, набралась терпения и ждала, а когда он наступил, хладнокровно ранила меня в шею стиком, чтобы запах крови привлек внимание тварей, и создала иллюзию моего отца, чтобы я задержалась в подвале. А потом поддерживала иллюзию, будто я иду вместе с группой. Если бы Тайлер вовремя не спохватился, остались бы от меня рожки да ножки!
Веела согласно качала головой, но счастливой не выглядела. Рон глядел на Веелу с ужасом, как на прекрасный цветок, в бутоне которого притаилась ядовитая змея.
