Утром я нашла на столе новое расписание и не удивилась, что мое звено первым из группы Эйсхарда отправится на практикум. Сегодня, послезавтра и на пятый день тоже. Под ложечкой засосало от волнения, хотя Тайлер предупреждал, что так будет: он хочет выжать максимум за эту неделю, оставшуюся до возвращения князя Лэггера.
Больше всех был возмущен Лесли. На утреннем построении он тряс листочком и протестовал вслух:
— Кто составлял это гребаное расписание? Звено Дейрон три раза на этой неделе, а звено Атти только один? Дейрон, а ты что молчишь, тебя все устраивает?
— Меня все устраивает, — отрезала я.
Эх, Лесли, я надеялась, что ты хоть немного изменишься, чудом вернувшись с того света.
— Меня тоже! — сказала Веела.
— И меня, — добавил Ронан, умудрившись при этом не окутать стоящего рядом с ним Барри дымным облаком.
— О, Рон, ты разговариваешь! — воскликнул Барри с таким удивлением, будто до этого Ронан вовсе не умел говорить.
Мы с Вель еще вчера вечером убедились: лейтенант Клайн свое дело знает. Оказалось достаточно одного занятия, чтобы Ронан научился удерживать огонь внутри легких и не выдыхать его с каждым словом.
После завтрака бо́льшая часть первогодков отправилась на лекцию к мейстеру Шоаху, а избранные счастливчики, чьи имена сегодня стояли в расписании практикумов, — на инструктаж к мейстеру Тугору.
Сразу после него желторотики разобрали стики и следом за своими эфорами потянулись на выход, чтобы спуститься на уровень ниже зверинца, туда, где вдоль длинного коридора разместились ряды дверей.
Они вели в пространственные карманы и каждый воспроизводил кусочек реальности: пустыню с барханами, скалистый берег, лес или реку. Никто не знал заранее, где мы очутимся и с какой тварью станем сражаться. Мы должны сориентироваться на месте и действовать как одна команда, страхуя друг друга.
— Чес, встаешь позади и будешь защищать тыл. — Вернон на ходу отдавал распоряжения своим парням. — Алек — справа, Норман — слева. Я пойду первым.
Чего не отнять у звена Колояра, так это эффективности. В командной работе они были лучшими из лучших, что, впрочем, неудивительно, если учесть, что звено состояло из четверки крепких парней.
— Командир Ярс, я могу вас попросить не вмешиваться? Дайте нам возможность показать себя.
Вернон соблюдал видимость субординации в обращении к своему эфору, но голос звучал нагло. Он не сомневался, что его звено справится.
— Хорошо, — помедлив, согласился Ярс. — Только не забывайте о том, что на ваши учебные стики нанесен сильнодействующий яд. Именно он, а не укусы тварей, становится частой причиной гибели кадетов во время первых практикумов. Я бы советовал…
Да, именно для того нас и гоняют на тренировках со стиками до звезд в глазах, чтобы во время настоящего боя мы не ранили кого-то из своих же.
— Я все знаю! — перебил Вернон, не выслушав совета.
Высокомерный засранец! Я жутко разозлилась на Колояра, хотя какое мне дело до его парней — я еще не забыла, как они подпевали своему звеньевому, как издевались надо мной. Однако Вернон слишком уж самонадеян, готов рисковать жизнями Чеса, Алека и Нормана, лишь бы потешить свое эго.
— Придурок, — пробормотала я под нос.
— Что, Дейрон? Не расслышал? — обернулся ко мне Вернон — жучиные глазки горели яростью. — Повторишь?
— Я сказала, что ты… — начала я вслух, но Тайлер не дал мне закончить.
Он вклинился между мной и Верноном, глядя на него в упор свысока: Эйсхард немного превосходил Колояра в росте, в то время как тот был кряжистей и шире в плечах. Он не произнес ни слова, только смотрел, сузив глаза, но Вернон презрительно скривил губы, как-то обмяк и отвернулся как бы говоря: «Связываться еще с этой Дейрон!»
— Не трать силы и энергию на бессмысленные ссоры, кадет Дейрон, — прошипел Тайлер, когда наши звенья, выстроившись друг за другом, двинулись по переходам и лестницам, продвигаясь на уровень ниже. — Они тебе еще пригодятся.
Перед дверью, что вела в учебное пространство, Эйсхард не задержался и на мгновение. Распахнул ее и вытянул руку, предлагая заходить. Расчет был на то, что мы не успеем испугаться и растеряться, не успеем себя накрутить до паники, глядя на закрытую дверь и воображая, какое чудовище может ожидать нас внутри.
Мы очутились посреди пустыни: сухой горячий ветер швырнул мне в лицо горсть колючего желтого песка, осушил губы и побежал по барханам, рисуя на их склонах причудливые узоры — острые, как клинки. В небе сияло начищенной золотой монетой раскаленное солнце, выжигая из воздуха последние капли влаги. Все казалось таким реальным, таким настоящим!
— Гребаные танцующие пески Имира, — выругался Лесли. — Где-то неподалеку от твоей родины, а, Дейрон?
— Я никогда не бывала на Юге, — прошептала я, потрясенная открывшимся видом, настолько потрясенная, что даже не послала Лейса куда подальше.
Мы сбились в кучку, ощетинившись стиками. Тайлер стоял в паре шагов от нас и снисходительно наблюдал за перепуганными желторотиками, небрежно удерживая стик одной рукой.
