Я пишу эту главу в начале марта 2021 года. Алексей Навальный 17 января вернулся в Россию из Германии, где он проходил курс лечения после отравления «Новичком» и был арестован прямо при прохождении границы в аэропорту Шереметьево. Он осужден на два года и шесть месяцев лишения свободы по сфабрикованному делу «Ив Роше». И это несмотря на то, что еще в 2017 году Европейский суд по правам человека признал, что Алексея и его брата Олега Навального незаконно осудили по этому делу, и Россия даже выплатила компенсацию. Тем не менее Олег провел в тюрьме три с половиной года, Алексей был осужден условно на тот же срок. Более того, ему был назначен испытательный срок, в течение которого он должен был регулярно отмечаться в уголовно-исполнительной инспекции. 30 декабря 2020 года этот срок истек, однако ФСИН решила, что Алексей многократно нарушал условия испытательного срока. Очевидно же, что во время лечения он не мог приходить в инспекцию, и его адвокат Ольга Михайлова об этом уведомляла. Сейчас Алексей Навальный отбывает срок в ИК-2 во Владимирской области, одной из самых жестких колоний в России. Для меня ясно, что он сидит в тюрьме из-за своей политической деятельности. Российские власти не постеснялись сделать это, несмотря на то что причастность ФСБ к его отравлению доказана, по сути, им же самим и несмотря на требование ЕСПЧ его немедленно выпустить. Я думаю, что Алексей, возвращаясь в Россию, осознавал все риски, но тем не менее его это не остановило. В своем последнем слове 20 февраля на апелляции по делу «Ив Роше» он сказал такие слова:
«Я уже не знаю, о чем говорить, ваша честь. Хотите, с вами поговорю о Боге и о спасении? Выкручу ручку пафоса на максимум. Дело в том, что я верующий человек, что, в общем-то, служит предметом насмешек в Фонде борьбы с коррупцией. В основном люди – атеисты, я сам был воинствующим. Но сейчас я человек верующий, и это помогает мне, потому что все становится проще. Я меньше раздумываю, меньше дилемм – есть книжка, в которой четко написано, что нужно делать в каждой ситуации. Не всегда легко ей следовать, но, в общем-то, я стараюсь. Поэтому мне легче заниматься политикой. Мне недавно пишет человек: «А что тебе пишут – «терпи, не сдавайся, сожми зубы»? А чего тебе терпеть? Ты же верующий!» А написано: «Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся». И я подумал – надо же, как человек хорошо меня понимает! Я всегда эту заповедь воспринимал как инструкцию. Не очень наслаждаясь местом, где я нахожусь, я не испытываю сожаления о том, что я вернулся, о том, что я делаю. Я испытываю удовлетворение. В сложный момент я делал, как положено по инструкции, и заповедей не предал».
Я очень надеюсь, что Алексей выйдет на свободу и сможет наконец добиться своих политических целей – построить прекрасную Россию будущего.
МОЙ ОТЕЦ ПРАВИЛЬНО ГОВОРИЛ, ЧТО ВЛАСТЬ – ЭТО ЛИШЬ ВОЗМОЖНОСТЬ РЕАЛИЗОВАТЬ СВОИ СОБСТВЕННЫЕ ИДЕИ, А НЕ ЗАРАБОТАТЬ ДЕНЕГ ИЛИ ПОЛУЧИТЬ КАКИЕ-ТО БЛАГА.
…Об Алексее Навальном я узнала в середине нулевых, когда интересовалась фондовыми рынками. Он начинал свою политическую карьеру в «Яблоке», но в 2007 году его выгнали из партии из-за плохих отношений с Явлинским. Сам Алексей неоднократно именно так обозначал причину своего исключения. Как раз около 2007 года Алексей становится миноритарным акционером ряда крупнейших российских компаний. Его целью было добиться прозрачности деятельности госкомпаний для защиты прав акционеров, в том числе права на получение адекватных дивидендов.
Он приходил на годовые собрания акционеров, требовал протоколы заседаний совета директоров, в том числе через суд, раскрывал коррупционные схемы. Он создавал кучу неприятностей крупным публичным компаниям. Алексея стали называть профессиональным миноритарием, но его пример массовым не стал.
Вообще, Навальный – инноватор. Он инновационно подходил к борьбе с коррупцией, и к политике он тоже подходил не так, как это принято в России, Европе, США. Все-таки политика – дело довольно консервативное, косное, но Навальному удалось возродить к ней интерес в России. Он стал действовать по-новому и изменил представление о том, каким должен быть политик. Думаю, что его путь будет через некоторое время изучаться исследователями.
Экспертные доклады о коррупции в высших эшелонах российской власти начал писать мой отец в соавторстве С Владимиром Миловым. Но они публиковались в бумажном виде и распространялись как самиздат. Да, они имели определенный успех; более того, заметки о его докладе «Зимняя Олимпиада в субтропиках» появились во многих зарубежных СМИ. А доклад о мэре Москвы Юрии Лужкове привел к его отставке.
