Мы едва успели добежать до лестницы, когда бой перекинулся на квартердек. Я задрожала: позади нас послышались топот ног и крики на неразборчивом мерейском. Вооруженные матросы перебирались через леера. Теперь они использовали наши собственные сети и лестницы, чтобы взобраться на борт «Гарпии». Они спрыгивали прямо на квартердек позади нас с Грантом, разворачивались в прыжке и приземлялись на четвереньки, как дикие волки.
Нападающие увидели, что мы бежим к лестнице, и заорали. Я резко рванула вперед и тут же попала в чьи-то объятия. Думала, это Грант и он меня сейчас отпустит, поэтому даже не остановилась, но внезапно оказалась лицом к лицу с мерейкой.
Она схватила меня за запястья, и ее глаза, чью пронзительную синеву подчеркивала черная краска, довольно зажмурились. Женщина легким толчком в плечо отправила меня прямиком в руки своей команды, которая уже толпилась позади.
Теплая и липкая от крови сталь оказалась у моего горла. Тело попыталось отреагировать так, как учил Грант, но я заставила себя замереть, ведь осталась безоружной, а клинок был слишком близко.
Гранта нигде не было. Я видела только чужаков и их капитана, женщина направлялась в центр палубы. Один из членов ее команды схватил корабельный колокол и начал звонить.
– Ваш маг у меня! – крикнула женщина на аэдинском, но с сильным акцентом. – Сложите оружие, или она умрет!
Меня подтащили к леерам и поставили рядом с предводительницей мерейских пиратов – а именно пиратами они и были, как я наконец поняла. Все повернулись в нашу сторону, и, когда Димери оглушительно скомандовал: «Отставить!», схватка затихла.
Матросы опустили мушкеты и сабли. Пираты Димери и мерейские пираты разошлись в стороны и образовали проход в середине палубы. По этой нейтральной полосе, залитой кровью, пробирался Димери. Он перешагивал через валяющиеся тела и одну-единственную отрубленную руку.
Во рту пересохло, живот скрутило, и нахлынули воспоминания о нападении Лирра на «Джульетту». Я постаралась отогнать их и сосредоточиться на том, чтобы разглядеть в толпе Гранта. Наконец я нашла его, он стоял позади толпы, у самых лееров, а на его лице запеклась кровь. Ата находилась рядом, она прижималась к нему, а может, помогала ему устоять на ногах.
Димери приблизился к квартердеку, сжимая в руках саблю и пистолет. Мужчина ответил на мерейском, так что я разобрала только свое имя.
Женщина продолжила на аэдинском:
– Вы сдадитесь, вы и ваша команда. Если сделаете это тихо, я высажу всех на ближайшем островке.
– Мадам, ни один штормовик не стоит моего корабля и команды. Ее можно заменить, – ответил Димери на аэдинском. Он остановился на нижней палубе прямо под нами, чтобы не приходилось слишком напрягать голос. – Вы плохо разыграли свои карты. Может быть, вы сдадитесь, и я оставлю вас на ближайшем островке, полных благодарности за свои жизни и этот бесценный урок?
Мое сердце заколотилось. Он откровенно издевался над нашими захватчиками, и в его голосе не было и намека на ложь. Пожертвует ли он мной ради своего корабля?
Словно прочитав мои мысли, капитан устремил на меня взгляд. Если в нем и был намек, я не смогла его уловить.
Я ощутила знакомую вибрацию палубы под ногами, и по коже поползли мурашки.
Не говоря ни слова, мерейка взглянула на одного из членов своей команды и протянула руку. Он отдал ей пистолет, и она приставила дуло к моему животу.
– На борту есть лекарь? – спросила она, одновременно рассматривая меня, словно хозяйка фермы, что выбирает гуся к Фестусу. – Или ты сразу умрешь?
Из горла вырвался сдавленный крик. Я втянула живот, как будто один дюйм мог уберечь его от свинцового шарика.
– Меня…
Услышав страх в собственном голосе, я тут же возненавидела себя за это и усилием воли взяла себя руки. Я – штормовик. Я – ценная добыча. А еще где-то рядом зашевелилась Гарпия.
– Меня стоило бы взять с собой, – выпалила я. – Вам пригодится штормовик, не упускайте шанс. Хватайте меня, бегите, а я вызову бурю, чтобы прикрыть отход.
Она на мгновение задержала на мне взгляд, потом рассмеялась и провела дулом пистолета по меховой оторочке халата.
– Вот это возьму. Красивый.
Она перешла на мерейский и что-то сказала своим людям. Чужие руки протянулись ко мне, рывком расстегнули пояс и стащили с меня халат. Я сопротивлялась, но рук было слишком много, они хватали, толкали, дергали меня за волосы. Халат перекочевал к новым хозяевам, и пираты оставили меня в покое. Холод пробежал по коже, но я стиснула зубы, наблюдая, как мерейцы разглядывают мой наряд.
Оставшись в одной сорочке и нижней юбке, я стояла, прикрываясь руками. Все на меня пялились. Ножа нет. Грант, Димери и Ата далеко. Оставалась моя магия, но что может сделать ветер или снег против выстрела в упор?
Мерейка довольно улыбнулась:
– Ну вот, моя обновка теперь не испачкается в крови.
– Капитан? – позвал Димери с нижней палубы. Его голос звучал совершенно спокойно.
– Я еще думаю, – отозвалась мерейка.
