Галвиэль подошла к окну, снова поглядела на улицу, и с лёгкой усмешкой в голосе ответила:
— Тебе стоило бы привыкнуть. Ты же всё-таки принц, братец.
Он поморщился и бросил через плечо:
— Не называй меня так.
С этими словами Ройдар отвернулся и вышел, оставив Галвиэль в комнате. Она ещё некоторое время смотрела ему вслед, затем пожала плечами и снова уселась в кресло, словно только что разыгранная сцена спора была не более чем мимолетной волной в её мыслях. За окном дождь усилился, и звуки капель, стучащих по стеклу, вновь вернули её к размышлениям о будущем.
После лёгкой перепалки с братом Галвиэль решила отвести душу прогулкой по городу и направилась к ближайшему рынку. Небо заволокли свинцовые тучи, а утренний дождик ещё не успел полностью уйти — в лужах отражались каменные дома и мокрая брусчатка. На рынке стоял шум, но приглушённый, словно сам город подчинялся мрачной погоде. Торговцы под импровизированными навесами из промокшей парусины лениво зазывали прохожих, обещая свежую рыбу, ткани из далеких земель и украшения «чистейшего серебра», которые не отличить от простой медяшки. Воздух был полон запахов: прелой влаги, мокрой шерсти и ароматов жареного мяса, которые успешно перебивали все остальные запахи.
Иногда Галвиэль слышала приглушённый шепот, доносящийся из толпы: «Это она!» или «Она творит чудеса!». Она заметила, как несколько женщин показали на неё пальцем, одна из них сжала руки в молитвенном жесте. Это льстило эльфийке, хотя внешне она сохраняла спокойствие и холодное, как мрамор, лицо. Внутри, однако, её мысли бурлили, как горная река. Она размышляла о своей роли в этом мире и пришла к выводу, что люди могли бы стать для неё идеальными подданными.
«Здесь столько простора для создания нового королевства, — думала она. — Даже в Аллодии, помимо колоний Эбонской Олигархии, нет настоящих государств. А что если взять пример с человеческих монархов, но править лучше и мудрее? Моё поместье станет новой столицей, Древние Террасы — именем величественного города. Повсюду будут расти сады, строиться храмы, театры, бани… Люди с радостью примут мою власть. Они благодарны, даже если сделать для них чуть больше, чем делает церковь».
Эта мысль нравилась ей всё больше и больше, с каждым шагом на влажных улицах Эдгардмира. Впервые за долгие века её планы и амбиции обрели нечто новое, не связанное с прошлым, не озирающееся назад, а устремлённое в будущее. Она ещё не решила окончательно, но в душе уже знала, что этот путь — возможно, именно тот, который принесёт ей больше власти и влияния.
На рынке её взгляд привлекла лавка с вывеской «Эльфийская роскошь». На прилавке лежали платья, которые торговец назвал «эльфийскими». Она подошла, тронула одно из них, провела пальцами по ткани и сразу поняла, что это дешёвый лён, к тому же грубо сшитый. Торговец, не теряя бодрости, подбежал к ней с улыбкой:
— Как вам платья, милая леди? Настоящие эльфийские узоры, только для вас!
Галвиэль презрительно сморщилась:
— Кто же шьёт эльфийские платья изо льна? Это подделка! Эльфийская одежда делается из тончайшего шёлка, а не из этого грубого материала.
Торговец нахмурился, но не отступал:
— Ну а кто ж скажет мне, как правильно шить и где взять такие материалы? Может, вы мне подскажете? Или сами создадите? — его голос звучал с оттенком обиды.
Галвиэль улыбнулась, склонив голову чуть набок:
— Почему бы и нет? Но у меня слишком мало времени. Запомни: только шёлк, ни грамма льна! — с этими словами она двинулась дальше, оставив торговца в задумчивости.
И тут к ней стремительно подошёл знакомый рыцарь, тот самый, что падал на колени перед ней у собора Святой Матери. Его лицо было взволнованным, а глаза горели странным сочетанием страха и решимости. Он перекрыл ей дорогу, словно боясь, что она снова исчезнет в толпе.
— Наконец, я нашёл вас, госпожа! — воскликнул он, его голос звучал взволнованно и надрывно. — У меня есть тревожные новости для вас.
Принцесса с лёгким интересом спросила:
— Какие же?
Он оглянулся по сторонам, словно опасаясь, что их подслушивают, и тихо прошептал:
— Меня зовут сэр Эктор. Вас ищет инквизиция. Сестра Катарина, ужасная женщина, она ненавидит эльфов и считает, что нет разницы между светлыми и тёмными. Она считает, что все вы — источник порчи. Но я знаю, что это ложь! Вы — воплощение света Святой Матери, это видно даже слепцу.
Галвиэль вскинула брови, удивлённая таким поворотом:
— Вот это неожиданно. Сэр Эктор, вы выступаете против своей церкви?
Эктор гордо выпрямился, его голос звучал твёрдо:
— Я клялся защищать честь и правду, а не церковь. И моя правда — это вы, леди. Я чувствую это всем своим сердцем.
Принцесса чуть улыбнулась, коснулась его руки:
— Благодарю за вашу верность, сэр Эктор. Возможно, наши пути ещё пересекутся.
