— «Темный бочонок». Не лучшее заведение в округе, но пойдет.
Когда они вошли внутрь, тишина в таверне была оглушающей. Все взгляды сразу устремились на них — к ним привыкли в Тенебрисе, но здесь светлые эльфы стали настоящей сенсацией. Галвиэль едва сдерживала раздражение. Гномка, которая ранее обслуживала их в таверне, увидев их теперь в истинном облике, опустила руки на бока и пробормотала себе под нос:
— Феечки? У меня, здесь?
Агликс быстро вступился:
— Это мои друзья.
Галвиэль мельком посмотрела на темного эльфа, чувствуя уважение за его быструю реакцию. Они осмотрели зал, но Маджерины нигде не увидели. Ройдар шагнул к гномке, и его голос был полон беспокойства:
— Уважаемая, не видела ли ты белокурую девочку? В кожаном платье и с забавной шляпой?
Гномка нахмурилась, потерла подбородок и немного растерянно ответила:
— Да, была такая. Сидела тут, вся грустная. Бедняжка, вся на нервах была.
— И куда она делась? — резко спросила Галвиэль, её голос затрещал, как огонь.
Гномка покраснела и замялась:
— Вчера вечером она общалась с какими-то… странными личностями. Я не знаю, кто они. Зашли, как обычно — иногда заходят такие, сами понимаете. Странные.
— Какие ещё личности?! Отвечай! — Галвиэль резко шагнула к стойке, её глаза блестели опасным светом.
Гномка задрожала и залепетала:
— Я не знаю, госпожа, они всегда так — заходят, уходят, не оставляют следов. Я не хотела бы с ними связываться, не нравятся они мне, но и не пускать повода нет.
Людской старик с длинной бородой подошел к ним, внимательно их осмотрел и, словно с трудом веря своим глазам, изрёк:
— Вот это да, настоящие светлые эльфы здесь! Последний раз я видел таких лет пятьдесят назад, когда ещё жил в Агоране.
Ройдар сдержанно заметил:
— Отец, мы рады, что ты видел наших сородичей раньше, но здесь ситуация страшная: пропала наша подруга!
Старик махнул рукой, как бы отгоняя пустую болтовню, и ответил:
— Так я и подошел, когда услышал! Здесь дело такое: в лесу есть руины хобгоблинов, и ходят слухи, что там обитает какой-то культ. Когда я был моложе и только переехал сюда вместе с семьей, они крутились около моих детей. А теперь, видимо, нашли себе новую девочку. Никто её не знает, вот и решили, что искать её никто не будет.
Галвиэль, сжав кулаки от ярости, спросила:
— Что за руины, старик?! Где они?
Старик указал рукой на запад:
— В лесу, на западе, леди. Наши дети туда бегали, да мы запрещали. Берегитесь.
Ройдар кивнул старику и поблагодарил его. Как только они вышли на улицу, Галвиэль повернулась к Агликсу и злобно бросила:
— Что за чертовщина у вас творится в этой Олигархии?! Говорите о свободе, а у вас тут представители культов похищают людей!
Агликс, потерев подбородок, задумчиво сказал:
— Возможно, это культ Ночземара. У нас свобода религии, но каждый культ может поклоняться по-своему, похоже на Ересь Разрыва.
Они направились в сторону леса. Ройдар спросил:
— Так Ночземар — это ведь ваш главный бог, не так ли? Неужели похищения нормальны для его последователей?
Агликс усмехнулся и объяснил:
— Ночземар действительно одно из самых почитаемых божеств, но у нас нет строгих канонов. Но есть и те, кто практикует вещи на грани дозволенного. У таких сект свои ритуалы и своё понимание того, что «правильно». Еретики считают, что Ночземар изначально не был создателем мира, а стал заложником своих амбиций. Они утверждают, что паутина реальности — это тюрьма, которую он сплёл, но не смог покинуть её. В их представлении, Ночземар постоянно страдает, и единственный способ освободить его — разорвать реальность, уничтожив паутину.
Галвиэль нахмурилась:
— А что это вообще за бог?
— Ночземар — это бог тайн, знаний, теней, луны и ресурсов, — начал рассказывать Агликс. — Он может изображаться как паук, тень, злобоглаз или даже темная эльфийка с мужскими гениталиями. В общем, это существо символизирует переплетение противоположностей и тайн.
Галвиэль презрительно фыркнула:
— Ну и боги у вас тут. Даже звучит омерзительно.
Ройдар ухмыльнулся:
— У нас в пограничной страже был один эльф, который отрастил волосы до пояса, стал носить женские платья и называться женским именем. Но мы его под шумок из стражи попросили. Мало ли, что у него на уме.
Галвиэль покачала головой:
— Никогда бы не подумала, что среди наших сородичей есть такие сумасшедшие.
Внезапно Ройдар остановился и, опустившись на одно колено, осмотрел землю:
— Следы. Их немного, но видно, что это от небольших ног, может быть, человеческих. Возможно, здесь была Маджерина.
Агликс наклонился, осматривая следы рядом:
— Это действительно могут быть её следы.
Галвиэль сжала зубы и крепче взялась за эфес меча:
— Если они что-то сделали с Маджериной, они об этом пожалеют.
