Кроме того, учёные-инженеры в Нави, самые выдающиеся умы среди которых неустанно трудились для улучшения быта моряков, изобрели устройство для получения воды из воздуха, и относительно недавно, лет десять назад, эту новинку начали внедрять на флоте. Работала она на природной твёрдой хмари, залежи которой обнаруживались повсюду на большой глубине под землёй. Это вещество было настолько холодным, что собирало конденсат в огромных количествах. Два-три устройства размещали на мачтах, и из них непрерывной струйкой текла чистейшая вода. Под эту струйку можно было подставить кружку и утолить жажду. Когда атмосферной водой никто не пользовался, она собиралась в резервуар под палубой. Конечно, полностью покрыть потребность экипажа в воде таким образом было невозможно, запасали её и обычным образом в бочках, но устройство, получившее название «воздушный источник», работало как вспомогательное и неплохо выручало в условиях ограниченности питьевых запасов. Оружейная хмарь, из которой были изготовлены экспериментальные замораживающие клинки для похода на Явь, специально обрабатывалась магическим способом, чтобы с неё не текло, в противном случае с мечей воинов всё время капала бы вода. Мечи покрывались невидимой изолирующей прослойкой, поэтому оставались сухими. Также твёрдая хмарь находила применение в изготовлении переносных холодильных ящиков для хранения скоропортящихся продуктов, которые могли использоваться в путешествиях. Если в одушевлённых домах холодильная установка работала на магии зодчих, то вот такие походные устройства можно было использовать на кораблях для хранения, к примеру, молочных продуктов. Среди припасов на судне имелся и сушёный сыр, и обычный, хранившийся в таких холодильниках, а также свежее несолёное мясо, сливочное масло, птица и яйца, свежие фрукты и овощи для пассажиров первого класса. Меню различалось: те, кто плыл в дорогих каютах, могли получать несколько более разнообразное питание, но и платили за билет втрое больше, чем пассажиры из общего помещения.
Молодожёны плыли первым классом, в уютной семейной каюте с двухместной подвесной койкой. Пока шла подготовка корабля к отплытию, загрузка багажа пассажиров и прочие необходимые работы, госпожа Розгард с батюшкой Тирлейфом поднялись на борт, чтобы побыть ещё немного с Онирис и Эллейв. Когда объявили об отправке и попросили провожающих покинуть корабль, Онирис в последний раз со слезами обнялась с ними и выбежала на палубу, чтобы до последнего провожать их взглядом, пока причал не скроется из виду. Те стояли в толпе провожающих и махали: батюшка Тирлейф — платком, госпожа Розгард — шляпой.
Морская дорога до Силлегских островов хоть и была не особенно короткой, но комфортные условия на пассажирском судне делали её даже приятной. Быстроходный военный корабль при форсировании парусами и периодическом использовании прослойки из хмари для увеличения скорости достигал архипелага в срок от четырёх до шести дней, а более медлительное и осторожно идущее пассажирское судно тратило на путь от тринадцати до семнадцати суток. Конструкция корабля была разработана таким образом, чтобы пассажиры или совсем не ощущали тягот морского путешествия, или испытывали минимальные неудобства. Экипаж трудился в три вахты, а общая численность команды была сокращена в соответствии с количеством пассажиров, но оставалась достаточной для успешного плавания. Заполненность была стопроцентная, не проданных билетов не осталось. На Силлегские острова многие ехали для отдыха и приятного времяпрепровождения.
Поскольку погода стояла осенняя, каюты первого класса отапливались. Горячий воздух в них поступал по трубам, проложенным по кораблю из истопного отделения с угольной печью. Это отделение прилегало к помещениям для команды, поэтому тепла перепадало и самим морякам. На военных или грузовых кораблях отопление не предусматривалось, но поскольку для пассажиров условия должны были быть комфортабельными, судно строили особым образом. В истопном отделении принимались противопожарные меры: стенки помещения были отделаны листами железа, а пол выложен плиткой. На дымовой трубе, выведенной на верхнюю палубу, стояла сетка — уловитель искр. Чистота на судне соблюдалась образцовая, палубы драили ежедневно, уборка кают проводилась регулярно, а перед рейсом корабль обработали от грызунов и насекомых. Разумеется, такие особые меры были весьма затратны, и это входило в стоимость билетов. К личной гигиене команды также предъявлялись высокие требования: одежда перед рейсом была тщательно обработана в портовой мыльне, а вся лишняя растительность сбрита. Ни один пассажир не должен был пожаловаться на грязь. А если бы жалоба поступила от какого-нибудь особо важного пассажира первого класса, капитана и всю команду могли серьёзно оштрафовать, вплоть до полного лишения заработанной за этот рейс оплаты. Всё должно было быть идеально.
