Все пассажиры заперлись в каютах, напуганные штормом, и молились, чтобы он поскорее стих. Через несколько минут закрылись рестораны, а в гостиных опустили занавеси, чтобы свет не отражался на поверхности волн.
На капитанском мостике дон Гарсиа Муньис, оставшись наедине с самыми близкими помощниками, доверительно сообщил им, что обеспокоен ходом судна: это чертово море устроит им скверную ночь, все усложняется из-за дождя, кроме того, из-за этой тучи едва можно различить огни маяка в Коррубедо и на острове Онс.
– Идем в четверть хода. Не видно ни зги!
Через несколько минут корпус «Санта-Исабель» начал дрожать.
Внизу, ближе к воде, в групповых каютах качка сделалась невыносимой. Людей тошнило, пахло рвотой.
Корабль сильно качало и подбрасывало на волнах.
Дождь превратился в сплошной ливень.
– Я ничего не вижу! – крикнул капитан.
Огромные шестиметровые волны заглатывали судно.
– Капитан, судно накренилось. Мы тонем! – крикнул один из офицеров.
И тут раздался резкий удар, громко отозвавшийся в ночи. Левым бортом корабль налетел на отмель вблизи острова Сальвора. От толчка все смолкли, однако тишина продлилась всего несколько секунд.
– Бог ты мой! – в бессилии проговорил капитан.
– Молитесь Святой Деве де Кармен и де Сан-Рафаэль, чтобы не открылась течь, – послышался прерывающийся от страха голос одного из офицеров.
Сталь корабля на фоне камня – таков был пейзаж. Некоторые пассажиры попадали с коек на пол, кто-то выбежал из каюты, не понимая, что произошло, где можно укрыться и что сможет их спасти.
– Бегом к шлюпкам, скорее к шлюпкам! – кричали члены экипажа. – Нельзя терять ни минуты!
– Но куда бежать? Пожалуйста, скажите же нам! – молили пассажиры.
Удары волн заглушали крики, и многим пришло на память крушение «Титаника», которое девять лет назад занимало первые страницы всех газет и журналов.
Матросы отвязали канаты, державшие шлюпки, чтобы спустить их на воду, но из-за качки невозможно было удержаться на ногах. Волны унесли в море многих пассажиров, которые так и не успели добраться до спасительных шлюпок.
Трапы, ведущие на палубы, были заполнены мужчинами и женщинами, детьми и стариками. Они толкались и просили о помощи, не веря в неизбежность катастрофы, то исчезая во мраке, то снова появляясь, освещенные неверным светом.
Сбылись наихудшие прогнозы: на уровне ватерлинии оказались три огромные пробоины и «Санта-Исабель» начала тонуть, приближаясь к неизбежной гибели.
В машинном отделении Мануэль Пас посмотрел на Сельсо.
– Гасим котлы! Если вода доберется сюда, корабль взорвется!
– Святые небеса! – воскликнул парень, выдохнув тревогу, сдавившую горло.
Сельсо услышал, как шпангоуты[55], эти ребра, сделанные, чтобы выдержать все, начали трещать. Мрак поглотил «Санта-Исабель».
Он бегом выбежал из машинного отделения вслед за Мануэлем Пасом, шагавшим с трудом, и пытался удержаться на ногах, когда его бросало от стены к стене. Остальные кочегары быстро бежали в направлении, противоположном его собственному.
– Куда вы, к чертовой матери, несетесь? – спросил Мануэль Пас.
Ему никто не ответил.
– Мануэль! Мануэль! – закричал Сельсо. – Мы погружаемся.
– Надо добраться до палубы!
Они старались продвинуться вперед, сквозь толпу беспорядочно мятущихся пассажиров – кто одет, кто в нижнем белье, – промокших и окоченевших от холода.
– К шлюпкам! К шлюпкам! – продолжали кричать матросы, не зная, что судно развалилось на две части, словно апельсин, разделенный морем пополам.
Сельсо и Мануэль Пас шли по проходам, с трудом передвигая ноги. Вода доходила до пояса, а местами подбиралась к шее.
– Я тону, Мануэль! – крикнул Сельсо.
Удар волны, как пощечина, встряхнул его и опрокинул вниз по лестнице.
Тишина.
Он попытался работать руками, чтобы выбраться на поверхность, но движения сковывала боль в области живота.
Он открыл глаза и увидел вокруг себя безжизненные тела, похожие на мертвых рыб. Кое-кто в отчаянии пытался двигать руками.
Как и он.
Под водой их лица, искаженные болью, казались бесформенными.
Снова тишина.
Следующий удар волны отбросил его к стенке или ему показалось, что это была стенка, о которую он ударился головой, и тогда его действительно накрыла тишина, и он почувствовал, как душа его погружается в воду.
Прошло несколько минут после половины второго ночи. Капитан Гарсиа Муньис, понимая неизбежность трагедии, сошел с капитанского мостика. Все было кончено.
– В море! – крикнул он.
Он снял с запястья золотые часы и отдал юнге, парнишке лет четырнадцати.
– Если спасешься, это тебе, – сказал он и бросился в воду.
Закрывшись у себя в рубке, радист Анхель Лосано, положив вспотевшую ладонь на радиопередатчик, смог отправить только прерванный крик о помощи: «Мы тонем».
Передать координаты местонахождения судна он не успел.
Отголоски взрывов были слышны на берегу Рибейры и на острове Сальвора. Жители спустили на воду небольшие рыбацкие лодки. Женщины острова гребли на лодках до самой «Санта-Исабель», следуя за мертвыми телами и чемоданами.
