– Ага. Я знаю, что ты напугана, Хал. Черт, да любовь – это вообще страшная штука. Я понимаю тебя. Но я думаю, ты бежишь от этого, потому что боишься, а не потому, что не любишь его или действительно веришь, что он тебя обидит.
– Я согласна, – поддерживает Вив с виноватым выражением на лице. – Извини, Хал, но я перехожу в команду Лейна. Послушай, Илай прав. Ты убегаешь, потому что боишься, что тебе причинят боль, или ты правда думаешь, что Лейн на самом деле не хочет с тобой быть? Даже несмотря на то, что он излил тебе душу и сказал, что вы идеально подходите друг другу и что ты научила его любить?
Закусив губу, я обдумываю их вопросы, затем пожимаю плечами:
– Я… я верю ему. Я просто… – сделав паузу, я выдыхаю, меня переполняют эмоции. – Мне страшно.
– Наконец-то мы сдвинулись с мертвой точки, – бормочет Вив.
Илай закатывает глаза, поворачиваясь ко мне:
– Ты хочешь, чтобы у вас с Лейном все было кончено?
– Нет, но…
Он поднимает руку, останавливая меня.
– Нет. Ты этого не хочешь, и он тоже не хочет. Я скажу как есть, потому что так и поступают друзья – возьми себя в руки, детка, и все исправь. Нельзя позволить страху и неуверенности одержать верх, и я думаю, вам нужно просто все обсудить. Ты должна извиниться перед ним за то, что сбежала, и ему тоже есть за что просить прощения.
Он рассуждает абсолютно здраво, и я чувствую, что, возможно, я слишком остро отреагировала из-за страха. Я даже не дала Лейну возможности объясниться в том, что меня беспокоило: почему он поправлял тех, кто называл нас парой, или скрывал все от родителей. И что я беспокоюсь о том, что я никогда не буду на его уровне. Это все то, что я держал в себе и не осознавала до вчерашнего вечера.
– Наверное, я просто… я влюбилась в него, Илай, и я была слишком напугана, чтобы сказать ему об этом, и я пошла на вечеринку, чтобы рассказать ему о своих чувствах, а вместо этого произошло… то, что произошло.
Мои слова сплетаются в один большой ком, потому что чем больше я озвучиваю все своим лучшим друзьям, тем больше понимаю, что совершила ошибку и оттолкнула единственного человека, который только и делал, что доказывал мне свою преданность.
Боже мой.
Надо все исправить.
Я вскакиваю со стула, лихорадочно ища обувь, когда Илай хмурится и смотрит на Вив, затем снова на меня.
– Что ты делаешь?
– Очевидно, я должна пойти и все исправить, Илай! Боже, это было так глупо, – плачу я, опускаюсь на четвереньки и заглядываю под кровать Вив в поисках своего ботинка.
– Правильно, Халли, одевайся. Я кое-куда тебя отведу.
Теперь я в замешательстве. Куда ему надо меня отвести? Я планирую направиться прямиком домой, чтобы извиниться перед Лейном.
– Что? Я не могу, мне надо к Лейну…
– Мы встречаемся с ним… – объясняет он, бросая взгляд на часы. – через двадцать минут. Так что поторопись.
– Пора вернуть твоего парня, Хал, – ухмыляется Вив, швыряя в меня ботинком.
– Почему я так нервничаю? – спрашиваю я у Вив и Илая, которые сидят по бокам от меня на трибуне. Мое колено подпрыгивает со скоростью сто миль в час, и я не могу остановиться.
– Потому что ты вот-вот увидишь парня, в которого влюблена, и впервые скажешь ему об этом. Делов-то, – фыркает Вив так, словно в этом нет ничего важного.
Только это еще как важно! Как только Лейн выйдет с поля, я дождусь его и расскажу ему обо всем.
Это важнее всего в мире!
Я влюбилась в сердцееда из кампуса, но я не хочу для нашей истории иного финала, чем «жили долго и счастливо».
– Боже, она когда-нибудь начнется? – я смотрю на телефон. Игра должна была начаться четверть часа назад. – Мне так и не удастся с ним поговорить.
Илай пожимает плечами:
– Не знаю.
Толпа вокруг нас громко переговаривается, а поле все еще пустует десять минут спустя. Я снова достаю телефон и смотрю на время. Тут из динамиков по всему стадиону раздается треск помех, за которым следует громкий сигнал обратной связи, от которого все вздрагивают. Боже, звук был кошмарный.
– Простите, ой, извините, – раздается низкий голос из динамиков, и я выпрямляю спину.
Это…
– Обратите внимание на питчерскую горку, пожалуйста.
– О боже, – шепчу я, прикрывая рот рукой.
Лейн выходит на поле с черным микрофоном в руке, встает на горку и затем поворачивается лицом к трибунам. Он выглядит таким красивым, что у меня щемит сердце. Его непослушные волосы убраны с лица бейсболкой, и на нем форма.
– Я знаю, вам, наверное, интересно, почему мы до сих пор не начали играть, и у меня есть на это очень веская причина.
Он поворачивается к дагауту, быстро показывает большой палец, после чего из динамиков начинает звучать музыка.
Я тут же узнаю песню. Это песня Kiss Me одной из моих любимых групп девяностых – Sixpence None the Richer.
– Что происходит? – спрашиваю я Вив, которая прикрывает улыбку рукой. Когда она застенчиво пожимает плечами, я перевожу взгляд обратно на Лейна.
