– О, так наша мадемуазель, пардон, уже мадам, решила обратиться к юристам? Передайте ей, пусть не позорит меня и возвращается домой немедленно, пока я добрый. – Игорь расплылся в зловещей улыбке. – Что ж, спрашивайте, с удовольствием отвечу. Должен ведь кто-то по достоинству оценить мой карьерный путь! В конце концов, провернуть такое, да еще и в рекордные сроки, под силу не каждому. Вы ведь не захватили с собой диктофон, да, мои наивные друзья? Как-то неловко вас обыскивать. Ладно, вам вряд ли пришла бы в головы такая блестящая идея, так что могу и пооткровенничать. Только, пожалуй, закажу кофейку, как раз время ланча…
Я смотрела на него – и не могла поверить собственным глазам. Куда подевался искренний, неглупый, харизматичный и добрый мужчина? Как в привлекательной оболочке поселилось это существо, донельзя наглое, фамильярное, злое? Права же была Стася, когда припечатала его звонким и хлестким определением «хлыщ»! Иного слова и не подберешь. Вон с каким высокомерием приказывает секретарше принести кофе… И еще ерничает, настаивая, чтобы подали именно «пирожные из нашей кондитерской»! Негодяй, каких мало…
– Майя, ну что ты так на меня смотришь? Уже не нравлюсь? – Раньше его дерзкая усмешка заставляла мое сердце трепетать, теперь же не вызывала ничего, кроме омерзения. – Предупреждал ведь: я – плохой парень. Или ты ревнуешь? Умоляю, не злись, не нужна мне эта пресная кукла! Я лишь помогаю ей не разбазарить семейные ценности. Которые только приумножались под моим непосредственным руководством, пока ее папаша бегал за призраками.
Собственно, он сам вышел на тему, которая тревожила нас больше всего. Где Кирилл Андреевич? Кто оценивал его состояние здоровья? На каком основании ограничили его свободу? Мы с Ником сыпали вопросами, от волнения перебивая друг друга.
– Не беспокойтесь, я хорошенько позаботился о нем. Дорогущий загородный пансионат с медицинским уходом и охраной – разве плохая участь? Я сам не отказался бы от такого отдыха, но все дела, дела… – усмехнулся Игорь. – Зря моя супруга на каждом углу болтает о психушке. Да, какое-то время он содержался в подобном… ммм… учреждении. Но я подыскал ему место получше.
При мысли о том, что сейчас эмоциональный, свободолюбивый Воздвиженский сидит под замком, пусть и в достойных условиях, мне стало не по себе. Накануне мы обсуждали, что первым делом стоит вернуть отца Стаси к привычной жизни, пока его и без того подвижной психике не нанесен непоправимый урон.
– Насколько мы поняли, его дееспособность не ограничена. Это взрослый самостоятельный человек, который может сам распоряжаться своей жизнью. Наверняка Кириллу Андреевичу будет лучше дома, где о нем позаботится дочь. – Ник взял быка за рога. – Формально он – уже не владелец компании, так почему ты боишься его настолько, что держишь взаперти?
– Я – боюсь? Этого шизика? – Игорь затрясся от фальшивого смеха и чуть не пролил кофе на свою белоснежную рубашку. – Я лишь не хочу, чтобы человек, причастный к созданию компании, бросал тень на ее репутацию! Разве может серьезный бизнесмен гонять привидения по углам? Он же псих, сами видели!
– А это еще вопрос, что мы видели, – бросила я, проникаясь азартом. Не заигрался ли ты, плохой парень? Думаешь, некому вывести тебя на чистую воду? Похоже, пришла пора раскрыть карты и выложить все, к чему мы с Ником пришли в ходе вчерашнего обмена мнениями. – Ты умело перевел стрелки на Михаила, заставил нас поверить, что именно он доводил босса и тот спятил от переизбытка впечатлений. Но это ведь ты, именно ты все организовал! Только у тебя была возможность устроить эти омерзительные каверзы, заставившие Воздвиженского сомневаться в собственной вменяемости…
– Гениальная фантазия! – Сбить спесь с Игоря оказалось не так-то просто. Похоже, Стася была права, когда говорила, что вранье – его вторая натура. – Друзья мои, вы переиграли в частных детективов. Вспомните, рядом с Воздвиженским всякий раз оказывался «преданный, почти член семьи дядя Миша». И я легко могу объяснить, как он обстряпывал каждое свое неблаговидное дельце.
Ха, нашел чем удивить! Как-нибудь обойдемся без новой порции лжи. Мы тоже можем объяснить – не все, но многое. Например, Игорь легко мог порвать поводок Мими и отпустить домашнюю собачку в глухую чащобу. Конечно, он не предполагал, чем все обернется. Наверняка хотел избавиться от надоевшей любимицы семьи в надежде на то, что это подкосит и без того шаткое моральное состояние босса.
