– Как? – Воздвиженский выглядел сбитым с толку, но унылая покорность тяжкой доле уже не сквозила в его взгляде. – Мишу ведь подкупили конкуренты, чтобы он усугублял мое состояние… Брр, ничего не понимаю! Игорь уверял, что любит Стасю. Говорил, что она глубоко несчастна, наблюдая, как я медленно, но верно схожу с ума. Возил меня к врачам, те напугали каким-то там расстройством… шизо… как же его… шизотипическим, что ли… Сказали, что у меня вдобавок галлюцинации и бредовые идеи, что я могу стать опасным для окружающих. И он, Игорь, убедил меня переписать все имущество на Стасю. Мне казалось, в этом нет ничего страшного, я же не постороннему человеку дарю свои активы. Раз я теряю рассудок, не стоит портить жизнь дочери. Лучше обитать здесь, вдали от дома, чтобы она не мучилась…
Понятно. Не сказать, чтобы меня сильно удивил этот рассказ. И все-таки коварство Игоря не укладывалось в голове. Каково это: знать, что ты – причина страданий других людей, что ты ворвался в их налаженную жизнь, перевернул там все вверх дном? Я вспомнила, как амбициозно говорил Игорь о собственных профессиональных умениях. Судя по всему, считал свои заслуги недооцененными и был убежден, что, отнимая бизнес у босса, поступает справедливо.
А еще он оказался прямо-таки отъявленным лжецом. Я вспомнила все эти долгие взгляды, романтические вздохи, пылкие поцелуи – и как меня угораздило поверить? Похоже, мне просто захотелось в кого-нибудь влюбиться, а тут подвернулся этот смазливый тип, и я с готовностью наделила его чертами идеала. А что, если мой настоящий, не придуманный идеал долгие годы был рядом?
Пораженная этой мыслью, я во все глаза уставилась на Ника, который кратко вводил Воздвиженского в курс дела. И встряхнулась, лишь когда Кирилл Андреевич безропотно натянул на себя белый наряд снеговика. Как мы и предполагали, внешне свободу главного пациента пансионата никто не ограничивал, но рядом с ним частенько отирались впечатляющие габаритами охранники. Лишние скандалы нам были не нужны, поэтому скромная сказочная компания пополнилась третьим героем. Его немногочисленные вещи аккурат влезли в чудо-мешок Деда Мороза.
– Я готов. – Воздвиженский надел нос-морковку на резинке и водрузил на голову шапку в виде ведра. – Как себя вести? Идти с вами, пританцовывая? Хорошо. А можно, я расскажу собравшимся анекдот или спою? Идти молча? Ах, как жаль, я был бы не прочь размяться… Давненько я не выступал на публике!
Он тихонько хихикнул, и я улыбнулась. Если наш оригинал вновь почувствовал вкус к своим фокусам, значит, не все еще потеряно.
– Кирилл! – От властного окрика пальцы Воздвиженского дрогнули, и он послушно отдернул руку от блюда с ароматной курочкой. – Не портите красоту! Немного терпения, скоро все сядем за стол.
Анна Ильинична поспешила на кухню, и Воздвиженский, подмигнув нам, все-таки отодрал кусочек дымящегося мяса. Вторым его желанием после побега из пансионата значилась домашняя еда. Первым, разумеется, была встреча со Стасей. И, конечно, с Мими, куда же без нее…
Мы дружно рассмеялись, предвкушая скорое торжество, несомненно сытное – по-другому в семье Ника не умели. До Нового года оставалось каких-то пару часов, а мы все никак не могли усесться за стол. Родители и бабушка Ника пожаловали на дачу еще днем, предварительно в самых изысканных выражениях испросив нашего согласия. Объяснили, что не могут встретить праздник без своего любимца, а заодно хотят пообщаться со мной и познакомиться с гостями. Все-таки удивительные люди – извинялись за то, что приезжают в собственный дом!
Подготовка к Новому году закипела сразу же, как только они переступили порог. За делами и разъездами мы с Ником совершенно упустили из виду, что праздник вот-вот настанет, да и эмоциональная, трогательная до слез встреча Воздвиженского с дочерью заставила нас забыть обо всем на свете. Мои глаза увлажнились, стоило вспомнить, как два дня назад Кирилл Андреевич со Стасей плакали от счастья, сжимая друг друга в объятиях, а радостная Мими лизала им щеки.
Чтобы не ставить оказавшихся без копейки Воздвиженских в неудобное положение, было решено в этом году воздержаться от новогодних подарков. В остальном же – главным образом, стараниями мамы и бабушки Ника – праздник обещал пройти по традиции весело и обнадеживающе. Вот уже несколько часов они крутились на кухне, нарезая салаты и распределяя закуски по тарелкам. Внеся свой вклад в подготовку стола, Стася испекла дивные пирожки по рецепту своей мамы. Меня, разумеется, и на пушечный выстрел не подпустили к приготовлению еды.
В ожидании момента, когда можно будет наконец-то добраться до яств, Воздвиженский развлекал отца Ника байками о нашем легендарном побеге из пансионата. Как водится, по прошествии небольшого времени заурядная, в сущности, история обросла красочными и забавными деталями.
