Доказательства вины. Белая ночь полностью

— Фиделаккиус, — сказал Майкл. — Меня интересует, не нашли ли вы кандидатов на нового владельца меча?

— Нет, — вздохнул я, нахмурившись. — Вы думаете, мне надо искать?

— Трудно сказать. Но пока нас только двое, мы с Саней немного перерабатываем.

Я почесал подбородок:

— Широ сказал мне, что я узнаю его преемника. Пока не было ничего подобного. До сих пор, во всяком случае.

— Боюсь, это требует большего, чем просто терпения, — вздохнул Майкл. — Я тут просмотрел наши архивы. В истории уже имелся прецедент, когда члена Белого Совета просили стать хранителем одного из мечей.

Я удивленно покосился на него:

— Вы это серьезно?

Он кивнул.

— Я и еще кто?

— Мерлин.

— Вы уверены? — усмехнулся я. — Потому как Мерлин та еще штучка с ручкой. Уж поверьте моему опыту.

— Нет, Гарри, — возразил Майкл терпеливым тоном. — Не Мерлин, председатель Совета. Тот Мерлин. Настоящий.

Некоторое время я вел машину, широко раскрыв рот.

— Ух ты! — выдавил я в конце концов и тряхнул головой. — Может, вы считаете, что мне нужно найти большой камень или что-то в этом роде? Вонзить туда меч и оставить на лужайке перед Белым домом?

Майкл перекрестился:

— Боже упаси! Нет. У меня просто… — Он почесал кончик носа. — Предчувствие.

— Вы хотите сказать, что это Бог посылает вас на очередную операцию?

— Нет. Обычное стариковское чутье. Мне кажется, вам стоит поизучать историю Амораккиуса — как его передавали от носителя к носителю.

Упомянутый меч покоился в данный момент на перевязи, в ножнах, упершись острием в коврик под Майкловыми рыцарскими сапогами.

— Ух ты! Вы хотите сказать… этот меч… Ваш меч… — Я не стал договаривать.

— Возможно, — кивнул он. — Хотя церковные записи фрагментированы, нам удалось установить, что два других меча на протяжении столетий время от времени перековывались. Этот — ни разу.

— Это любопытно, — задумчиво произнес я. — Это чертовс… очень интересно.

Майкл одарил меня легкой улыбкой и кивнул:

— Интригующая тайна, правда?

— А знаете, — сказал я, — тайны, конечно, вещь замечательная. — Я задумчиво пожевал губу. — Но я надеюсь, вы не слишком спешите. Вы, наверное, заметили, что год у Совета выдался хлопотный. Конечно, я выкрою время рано или поздно, но пока… — Я пожал плечами.

— Понимаю. — Он тоже помолчал немного. — Но знание истории меча может оказаться очень важным. Чем раньше, тем лучше.

Что-то в голосе Майкла заставило меня взглянуть на него более внимательно.

— Почему?

Его рука непроизвольно погладила рукоять Амораккиуса.

— Думаю, мне недолго осталось носить этот меч, — произнес он очень мягко.

Когда Рыцари Меча выходят в отставку, они получают извещение напрямую от работодателя.

— Майкл? — спросил я. — Вам что… э… контора письмо прислала? — Я старательно избежал добавления: «Как сделали с Широ».

— Нет. Инстинкт, — ответил он и улыбнулся мне. — Просто мне кажется, у меня начинается кризис среднего возраста. Впрочем, я не собираюсь менять образ жизни и не имею ни малейшего намерения уходить в отставку преждевременно.

— Что ж, хорошо, — сказал я, хотя это прозвучало мрачнее, чем мне хотелось бы.

— Вы не возражаете, если я задам вам вопрос личного характера? — спросил Майкл.

— Я слишком занят, чтобы отвечать на риторические вопросы.

Он улыбнулся и кивнул. Потом поджал губы, явно подбирая слова.

— Гарри, вы довольно долго избегали меня. И вы производили впечатление… скажем так, более сурового человека.

— Лично вас я не избегал, — возразил я.

Он внимательно, спокойно смотрел на меня.

— Ладно, — буркнул я. — Угу. Только я почти всех избегал. Не принимайте это на свой счет.

— Может, я чего-то не так сделал? Или кто-то из моей семьи?

— Да хватит риторики! Вы сами знаете, что нет.

Он кивнул:

— Тогда, возможно, это вы что-то сделали. Что-то такое, что стоило бы обсудить с другом.

Знак Падшего ангела на моей левой ладони начал зудеть. Я хотел было сказать «нет», но удержался. Квартал или два я вел машину молча. Надо было ответить. Майкл — мой друг. Он заслуживал доверия и уважения. Он заслуживал ответа.

Но я не мог.

А потом губы мои шевельнулись, и я понял: то, что терзает меня больше всего, не имеет никакого отношения ни к монетам, ни к Падшим ангелам.

— В прошлый Хеллоуин, — тихо сказал я, — я убил двоих.

Он медленно вздохнул и молча кивнул.

— Один из них был Кассий. Когда он уже лишился сил, я скомандовал Мышу сломать ему шею. Второй — женщина, некромант по имени Собиратель Трупов. Я застрелил ее в затылок. — Я судорожно сглотнул. — Я убил их. Я никогда прежде не убивал людей… вот так. Хладнокровно. — Я помолчал еще немного. — Меня мучают кошмары.

Я услышал, как он вздохнул. Когда он заговорил, голос его звучал натянуто, будто от боли:

— Я занимаюсь подобными вещами дольше, чем вы. И могу понять, что вы ощущаете. По крайней мере, отчасти.

Я не ответил ему.

— Вам кажется, что никогда больше не будет как прежде, — продолжал он. — Вы очень отчетливо помните произошедшее, и это вас не отпускает. Это как ходить с острым камешком в ботинке. Вы чувствуете себя запятнанным.