– Кайл! – поприветствовала меня Джоан. – Я следила за ходом операции. Вы молодцы. Состояние стабильное, но пока девочке будут давать снотворное. Пусть организм немного отдохнет.
– Хорошо Джоан. Доктор Коннорс, вы не хотите вместе со мной навестить отца?
– Да, отличная мысль! – Джоан опустила планшет с показаниями на спинку кровати и вместе с нами вышла в коридор. – Эти сутки будут решающими для малышки, но вы отлично поработали. Из вас получилась бы отличная команда!
– Благодарю, Джоан! – только и сказал я, будто не понимая ее намека, и мы с Лиз направились в сторону палаты Гарри.
– Ты как? – я посмотрел на Лиз.
– Все хорошо! – сказала она, а подумав, добавила – Нам не надо было этого делать.
– Чего именно?
– Кай, не придуривайся. Я очень устала, поддалась мимолетной слабости, но, твою мать, это не отменяет того, что у тебя есть девушка, а спустя пару месяцев ты улетишь на другое побережье.
– Ты беспокоишься из-за Мэл?!
– Да, черт возьми, я беспокоюсь из-за Мэл! – внезапно вспылила она. – Это не прикольно, когда ты сидишь дома, а твой мужик трахает другую бабу в душе на работе. Она, вероятно, думает, что ты ее любишь, а ты ведешь себя как последний мерзавец!
– Лиз, подожди! – я пытался схватить ее за руку, но она вырвалась.
– Знаешь, не надо! Ты сейчас будешь говорить, что она для тебя ничего не значит, а вот я – это совершенно иное!
– Но так и есть.
– Кай, я могла бы в это поверить, если бы мне было 18 лет, но я достаточно прожила на свете, чтобы видеть патологического изменника, который никогда не изменится.
– Ааа! Дохрена ты много знаешь! – рявкнул я. – Да, я встречаюсь с Мэл, но у меня не хватает сил раз и навсегда сказать ей: «нет». Мы уже столько раз расставались, что у меня не хватит пальцев рук, но я не такой сильный как ты, чтобы молниеносно принимать важные решения. Я тебе уже говорил, когда появилась ты, вся такая прекрасная и независимая, мы расстались. А потом она снова пришла, обещала, что не будет больше донимать меня. Меня устраивают эти отношения, но и я не могу не признать, что меня к тебе влечет, и я был охренительно рад, когда ты написала мне, что вы с Марком Андерсеном не пара. Единственная моя проблема сейчас – я не хочу ничего усложнять до отъезда. Я провожу каникулы с Мэл, а потом бросаюсь на тебя как голодный подросток. Потому что ты тянешь как магнит, эта тяга сильнее меня. Я слаб. И не боюсь в этом признаться.
Она смотрела на меня несколько секунд, а потом рассмеялась.
– Кайл Мэтьюс. Великий Кайл Мэтьюс слаб перед женщинами.
– Идите нахрен, мисс Коннорс!
– Ладно, не обижайся! Мне, как и в первый раз, было очень хорошо с тобой. Но, во-первых, это нарушает этику наших профессиональных отношений, а во-вторых, мне искренне жаль Мэл. Какие бы у вас не были отношения, мне бы не хотелось вставать между вами! В своих мечтах я бы хотела, чтобы мы были вместе, но пока ты с ней – даже не вздумай ко мне приближаться.
Я сглотнул, но промолчал. Мы уже дошли до палаты отца Эммы. Лиз повернулась ко мне и посмотрела в глаза:
– Доктор Мэтьюс, давайте сделаем так, чтобы впредь такие ситуации не повторялись.
Я не смог ничего сказать и просто кивнул, мысленно мечтая о том, чтобы таких ситуаций как сегодня в душе было как можно больше!
Мы вошли в палату к Гарри, натянув дежурные улыбки. Мужчина лежал на кровати и листал газету. Вид у него был цветущий и вполне себе довольный.
– Мистер Куинсберри, добрый день.
– Здравствуйте! – Он убрал газету, зыркнул на меня предельно недовольно, но после перевел взгляд на Лиз и расцвел, – Как Эмма?
– У Эммы контрольные сутки. – ответила моя подопечная, – Важно, чтобы организм адаптировался после операции. Пока никаких прогнозов не даем, но ситуация стабильная.
Гарри кивнул. Я посмотрел на него, и хоть этот человек вызывал у меня отвращение, я нашел в себе силы сказать:
– Гарри, спасибо вам большое. Вы поступили как настоящий отец, согласившись помочь дочери.
– Спасибо вам, доктор Мэтьюс, что рассказали мне о том, что это значит, быть настоящим отцом.
Я кивнул не без внутреннего злорадства. Лиз посмотрела его карточку:
– Гарри, мы продержим вас до завтра, чтобы вы могли отдохнуть и, если захотите, быть рядом с Эммой, когда она придет в себя. Завтра выпишем направление на диагностику для вас. Но, в принципе, операция не должна вызвать осложнений. Отдыхайте.
– Хорошо, доктор Элизабет! – мужчина мерзенько улыбнулся.
– Если вам что-то понадобится, – продолжила Лиз, когда мы уже шли к выходу из палаты, – вы всегда можете вызвать кнопкой медсестру.
Он хотел еще что-то сказать, но в этот момент у Гарри позвонил телефон, он ответил:
– Да, мамочка!
Я взял Лиз за руку и вывел ее из палаты.
– Такая категория мужчин не меняется.
Я обратил внимание на ее нахмурившийся вид.
– А ты к какой категории мужчин себя относишь?! – спросила она, когда мы шли по коридору.
– Что ты имеешь ввиду?
– Кай, я, конечно, не пытаюсь натянуть на себя образ святоши, но, твою мать, как ты будешь смотреть в глаза Мэл после сегодняшнего?!
Я остановился и секунд пять медленно выдыхал воздух, пока он полностью не закончился в моих легких.
