Все встретили меня очень радушно: отец оказался высоким и крепким мужчиной – он руководил строительной бригадой и как мне показалось, мог запросто гнуть руками арматуру. Мама, напротив, была миниатюрной женщиной, которая носила передник поверх платья пока готовила и мило улыбалась, всегда соглашаясь с мужем.
Я быстро принял душ, переоделся и мы все вместе расселись за столом. Отец прочитал молитву, а после мама начала разрезать праздничного гуся. Дом у родителей был большой, в столовой, где мы сидели, ярко пылал камин. Мне было жарко, но я до конца не понял, то ли от того, как было натоплено, то ли от страха перед отцом Мэл. Очень уж недружелюбное впечатление он производил.
– Кайл, расскажи о том, чем ты занимаешься на работе? – спросил отец Мэл, а я обратил внимание, как лицо моей девушки слегка перекосилось от отвращения.
– Пап, Кай только прилетел, он после смены. Давай оставим разговоры о работе на другой день.
– Дорогая, я только хотел…
– Ничего страшного! – ответил я и лучезарно улыбнулся. После слов Мэл мне так и подмывало взбесить ее, – обожаю обсуждать работу. Сейчас у нас интересный случай…
Я принялся рассказывать о том, что нам предстояло провести операцию для Эммы – поведал о процессе диагностики, анализах, опасениях. Я разглагольствовал минут 15, отец Мэл слушал с интересом, задавал вопросы. Он всю жизнь проработал в компании, которая занималась электрикой, поэтому медицинская практика его восхищала. Об этом он мне признался позже, когда мы ушли в гостиную, где пили пиво, а женщины убирали со стола.
– Мэл! – Я встал и пошел в сторону нашей спальни. – Я совершенно забыл про твой подарок.
Я быстро поднялся по лестнице, по дороге оценивая семейные фотографии, которые не заметил прежде, достал коробочку и, предвкушая ее восторг, спустился на кухню. Когда я протянул ей подарок, лицо Мэл просто просияло. Ее мама ахнула и прижала руки ко рту: я не упустил из вида этот жест. Когда Мелинда открыла коробку, взгляд наполнился такой нескрываемой ненавистью, что я несколько отпрянул и уперся ногой в обеденный стол.
– Все в порядке? – аккуратно спросил я.
– Кайл, гребаный Мэтьюс, ты издеваешься надо мной?! – она была вне себя.
– Мэл, это старинная брошь, с изумрудами! – пытался оправдаться я. – Под твой удивительный и восхитительный цвет глаз.
Она снова взглянула на содержимое коробки, захлопнула ее и, буквально, швырнула в меня, выбежав из задней двери во двор, и я услышал громкие рыдания.
– Кайл, все хорошо! Я пойду к ней! – ее мама встала и вышла из кухни, поспешив к дочери.
Сквозь слова утешения я услышал обрывки фраз: «думала это кольцо», «не понимаю, зачем», «я жду, а ему не надо». И тут о меня дошла вся абсурдности ситуации. Я громко рассмеялся и вернулся в гостиную.
– Кайл, ты не собираешься на ней жениться? – спросил внезапно ее отец после нескольких минут молчания. Шум на дворе к этому моменту стих и дом погрузился в безмолвие.
– Не поймите меня неправильно, сэр, – я тщательно подбирал слова, – ваша дочь замечательная, но для меня сейчас на первом месте карьера. Мне важно найти свое место, обосноваться, а потом думать о чем-то другом.
Мой собеседник пристально посмотрел мне в глаза, вздохнул, взял с журнального столика фотографию и потом сказал:
– Нет, это работает не так. Если бы ты хотел, если бы рядом с тобой была та женщина, которая зажигает тебя, то карьера ушла бы на второй план. Когда я встретил мать Мэл, я ни о чем не мог думать кроме того, что я хочу сделать ее самой счастливой женщиной на свете.
Я внимательно посмотрел на этого мужчину и перевел взгляд на семейные фото, которые украшали также и целую стену в гостиной.
– Очень тебя прошу, не делай Мэл больно. Не давай ей ложных надежд. Я слишком хорошо знаю дочь, она бывает несносна, но даже она не заслуживает, чтобы ей морочили голову. Ты понимаешь, о чем я?
– Да, сэр.
Мне больше нечего было сказать. Я вышел во двор, где Мэл сидела в объятьях матери.
– Я оставлю вас! – женщина встала, вошла в дом и тихо закрыла за собой дверь.
– Прости! – я сел рядом с Мэл и обнял ее. – Я не подумал об упаковке и что она может ввести тебя в заблуждение.
– Кай, ты много для меня значишь. И да, я хочу быть твоей женой, но я чувствую, что ты меня не выбираешь.
– Мэл, я тебе уже много раз объяснял все. Мне, конечно, лестны твои слова, но…
– Кай, но я готова ехать с тобой хоть на край света, бросить в Нью-Йорке все…
Я вздохнул.
– Не в этом дело.
– Так в чем же?! – Мэл опять повысила голос, – что тебе еще надо, чтобы ты наконец-то сделал выбор в мою пользу?!
– Я тебя очень прошу. Не начинай! У меня была тяжелая ночь, трудный перелет. Давай поговорим об этом завтра.
– А в чем проблема ответить на простой вопрос сегодня.
