— Твою мать. — Тихонько выругавшись себе под нос, я пребольно пнула своего спутника ногой. — Быстро проси прощения, — прошипела я сквозь зубы, отворачиваясь к воде и пряча лицо под козырьком бейсболки. Не хватало нам еще на Ютуб попасть — вероятность этого чрезвычайно высока — на глаза попался паренек, направивший на нашу троицу объектив своего телефона. Завяжется потасовка, и запись с ней через час уже будет в Сети. А там уже одному богу ведомо, как быстро ее увидят наши преследователи. Сегодня тебя от никому неизвестного пенсионера до звезды Интернета отделяет одно неосторожное движение или экспрессивное выражение рыбацкой радости по поводу богатого улова.
А уж видео, на котором простой российский патриот уделывает смазливого мажорчика, и вовсе имеет все шансы на успех. Видимо, такая же мысль посетила и Володькину голову, так как он резко успокоился и, отвернувшись в сторону, буркнул еле слышно:
— Извини.
Но его соперник, явно настроившийся на скандал и только искавший для него повод, вовсе не собирался сдаваться так просто.
— Не слышу! — завопил он так, что восседавший на руках у матери иностранный младенец зашелся испуганным криком. — Вот видишь, — торжествующе провозгласил мужик, — напугал ребенка! Разворовали, понимаешь, Россию-матушку, — продолжил он без всякого перехода. — Все эти либерасты проклятые во главе с предателем Горбатым. — Мужик вновь икнул.
Замечательно! Лекция на политическую тему — то, что нам сейчас нужно! Спасибо тебе, мой крылатый хранитель! — возведя очи к небу, поблагодарила я своего ангела. Ведь всем известно, стоит только кому-то затеять подобный разговор, как у него непременно отыщется как соратник, так и оппонент. Вот и в этот раз вышло именно так.
— При чем тут Горбачев? — подала голос с дальнего конца палубы бойкая женщина неопределенного возраста в ярко-красной широкополой шляпе. — Он уж сколько лет не при власти, а вы все его вините. Достали уже!
— И что, что не при власти? — Мужик обрадовался возможности выразить свою политическую позицию. — А кто страну развалил? И какую страну! Да мы ж их всех вертели… — Митингующий грязно выругался. — Буржуинов этих проклятых. А теперь…
Слушать дальше не имело смысла — содержание подобных речей мне прекрасно известно. Главное — аккуратно перейти на другую палубу, чтобы не попасть в кадр — паренек в желтой футболке продолжал снимать пьяного политического агитатора.
— Ты совсем ненормальный? — набросилась я на Антонова, как только мы оказались в относительной безопасности.
— Да откуда мне было знать, что так получится?
— Может, следовало мозги включить? — Мой голос окрасился ехидством. — Если ты во всеуслышание называешь людей быдлом, будь готов к неприятностям.
— Дык я не в оскорбление. — Вольдемар обнажил ровные зубы в белоснежной улыбке. — Констатация факта просто.
— Просто, да будет тебе известно, итальянцы хоть и закрывают глаза на шалости тебе подобных, но предел терпения тоже имеют. Заметут нас сейчас за драку, и кранты! Хотя что это я? Еще ничего не кончено — вон твой друг опять к нам идет. — Я указала взглядом на крадущегося в нашу сторону патриота. Что ж! Видит бог, я этого не хотела!
Раскрыв объятия, я сделала шаг навстречу нашему новому знакомцу и обвила его руками. Явно не рассчитывавший на столь теплый прием мужчина растерялся и замер в нерешительности.
— Дружок, — прошептала я, приблизив растянутые в улыбке губы к самому его уху. — Слушай меня внимательно, — незаметно достав из-за пояса пистолет, ткнула им прямо в упитанный бок. Благодаря широкой джинсовой куртке для окружающих этот жест остался незамеченным. — На следующей остановке ты сойдешь и отправишься прямиком в ближайшую таверну. Там закажешь двойную порцию виски, бурбона, или водки — без разницы, главное, покрепче, и выпьешь за здоровье нашего президента. И не дай тебе бог обратиться в полицию или вообще поведать кому-то о случившемся! Мы тебя тогда из-под земли достанем. А уж на родину тебе и вовсе путь будет заказан. Это тебе ясно?
Слегка отстранившись от мужчины и стараясь не дышать одним с ним воздухом, я пристально вгляделась в его расширенные от ужаса глаза. Не дождавшись никакого ответа, все же решила помочь:
— Кивни, если все понял.
После того как неожиданный визави выполнил мое указание, я спокойно спрятала оружие и, выдав самую свою обворожительную улыбку, промурлыкала ласково:
— Вот и славно. Хороший мальчик. Иди себе с богом.
«Хороший мальчик», опрокинувшись лицом, развернулся на негнущихся ногах и настолько быстро, насколько позволяло его теперешнее состояние, отправился в противоположную от нас сторону.
— Вот же черт. — На этот раз мои слова были адресованы Володьке. — Видишь, какими неприятностями может обернуться всего одно неосторожное слово? Все дело насмарку!
— И что теперь? — Парень выглядел не менее испуганным, чем только что отчаливший мужичок. — Снова в бега?
