— Очень интересно наблюдать, как ты веришь в свою покорность, — ликан даже усмехнулся, обдавая мою щёку жаром. — Выбирая, когда слушаться меня, а когда нет, ты поступаешь, как… ребёнок. Так что в этом доме нас двое.
Я понимала, о чём он говорит. Смешно, но у нас все разговоры сводятся к сексу. Неужели это и есть тот оплот, за который мне нужно держаться?
— Ещё интереснее смотреть, как ты пытаешься сохранить своё высокое положение, — не удержалась от колкости я.
— Богдана, помолчи, — словно ощутив накалившуюся обстановку, вклинился Морик, — Лорин, нам нужно договорить.
Усач пытался отвлечь Лорина, видимо, от моего убийства, поскольку рука на моей шее сжалась чуть сильнее. Рефлекторно уголки моих губ подёрнулись, поскольку я поняла, что задела эту статую за живое. Маленькая, но всё же радость.
====== 24 глава ======
— Вы, женщины, так любите совать нос туда, куда не следует, — услышала я злой голос у самого уха.
Мурашки побежали по всему телу, меня словно пронзил мороз.
— Я хоть и девушка, но когда дело касается власти…, — я замолчала, вспомнив своего отца, — Таких самоуверенных, как ты убивают всегда самые близкие. Ты силён, храбр, посмотри, держишь в страхе такую могущественную тётку, как я. Но при всём при этом, ты слеп. Видишь далеко, а то, что творится у тебя под носом — не замечаешь. И попомни мои слова, ты узнаешь не об одном предателе…
Договорить я не сумела, поскольку приток воздуха резко прекратился, но мне повезло, что я успела вдохнуть, иначе уже сейчас меня бы сотрясал судорожный кашель.
— Кажется, я догадался почему твой папа продал тебя, — обманчиво спокойным голос заговорил Лорин, сдавливая мою шею, — Ты любого до исступления доведёшь, но, послушай, моя дорогая, ты этого не добьёшься. Я вижу и я знаю, что творится в твоей симпатичной головке. Хочешь умереть. О, а как ты любишь до-олго разглядывать ножи, постоянно коришь себя за что-то и сейчас… ты понимаешь, что от меня тебе никуда не деться, и ты хочешь, чтобы я решил этот вопрос раз и навсегда, да? Ваша же религия не признаёт самоубийство, а? И это хороший план, ведь я нет-нет, да буду сожалеть о твоей скорейшей кончине, ведь ты мне досталась не за просто так.
Не выдержав, выдохнула, вцепилась в руку мерзавца своими тонкими пальцами, в надежде ослабить его хватку хоть немного, дабы сделать маленький глоток воздуха.
— Я… тебя… убью…, — прохрипела я.
Слёзы от жуткого напряжения просто брызнули из глаз фонтаном. Они текли по мои рукам и по рукам Лорина. Голова разрывалась от отвратительно чувства. Я не могла вздохнуть. В глазах начинало темнеть.
Ликан засмеялся.
— Богдана, я не знаю, как ты это делаешь, но я не могу свернуть тебе шею, — словно ведя задушевную дневную беседу, произнёс он, — Я просто должен увидеть это знаменательное событие. Убийца — кухарка, что-то новенькое… А если серьёзно, то у тебя кишка тонка, ты трусиха, ты не решишься…
Я его уже почти не слышала. Скоро сознание сдастся… наконец-то.
— У неё уже губы посинели, Лорин, — словно сквозь воду донеслось до меня, и этот ужасный звук отодвигаемого стула больно резанул мне словно по нервам.
Рука исчезла через несколько мгновений, и я, как подкошенная, рухнула на пол. Колени больно ударились о деревянные доски, но меня это сейчас не волновало. Резко втянула носом воздух. Горло сковал какой-то спазм, и я закашлялась. Мне хотелось дышать, ещё и ещё, снова и снова…
— Завтра приготовь мне какую-нибудь птицу, — услышала я голос своего мучителя, — И твои эти странные рисунки на белье… наберись воображения и прекрати делать эти однообразные узоры. И… когда уберёшь мою комнату, не забудь забрать в стирку вещи.
Сапоги исчезли с поля моего зрения. В груди ничего не было. Осталась лишь тупая боль в голове и горле. «Напросилась» — подумала я неосознанно. Хотела жестокости? Получите — распишитесь. И всё равно всё не так! Я не ощущаю ярости, лишь презрение к самой себе. То, что я ему сказала… это низко. Я его… наверное, обидела. Такое говорить нельзя, тем более в присутствии его друга. Но… я была уверена, что он меня ударит за это, а не припугнёт. Какой же он странный. Злость просыпается, и теперь она направлена на меня.
«Неужели всё закончилось?» — думала я, лёжа на кровати. Солнышко только-только начинало светить в моё окно, приветствуя меня, а я уже давно не спала. В который раз опережала его и наслаждалась победой несколько минут. Потянулась и перекатилась на живот, подминая под себя подушку. Прохладные простыни приняли меня, словно дальнюю родственницу.
Раздался какой-то шум снизу, а затем приближающиеся шаги. Открылась и закрылась дверь. Пришёл Лорин. Наверное, работал всю ночь. А может и нет. Кто его теперь знает. Мы ведь обиделись.
