— Не думаю, поскольку я здесь ни при чем. Вина лежит на плечах другого. — Язык с трудом ворочается у нее во рту. — Я даже не знаю, что там произошло. Меня подставили точно так же, как и тебя.
— Нет, не так же! — кричит незнакомец и стреляет из бластера.
Слоун даже не вздрагивает — она с трудом соображает, все ее тело болит, и лишь когда заряд ударяет в сталь над ее головой, она осознает, что случилось.
— Ты промахнулся, — моргнув, говорит она.
— Если это не ты — то кто?
— Мужчина по имени Галлиус Ракс. По крайней мере, так он себя называет. Если тебе нужен тот, кто с тобой так поступил, — иди к нему. — Веки ее дрожат, подбородок отвисает. — А меня оставь в покое.
— Ты его знаешь. Ты можешь мне помочь.
— Я похожа на ту, кто может кому-то помочь? Я и себе-то помочь не в силах.
— Ты ранена.
— Да что ты говоришь. Идиот. — Она закатывает глаза.
Ее ответ явно задел незнакомца — похоже, он весьма впечатлителен.
— Ты даже не притронулась к аптечке под твоим креслом.
— Аптечке… что? Под… — Она яростно шарит под креслом и действительно что-то нащупывает. — Ох ты…
— Ну и кто из нас идиот? — укоризненно говорит он.
— Все равно меня это не спасет. Меня подстрелили.
Ворча, незнакомец сует бластер за пояс, затем нагибается и достает аптечку. Открыв ее, он извлекает нечто похожее на широкоствольный бластер, а затем, продолжая ворчать, вытаскивает комок чего-то, напоминающего серую замазку, и бесцеремонно заталкивает его в дуло оружия.
— Не шевелись, — говорит он. — Будет больно.
— Что ты…
Схватив ее за руку, он вплотную приставляет устройство к ране. Пистолет вздрагивает, и ее пронизывает жуткая, выжигающая изнутри боль, от которой перехватывает дыхание. Взвыв, она сгибается пополам, изо всех сил сдерживая слезы.
Тьма вонзает в нее зубы, увлекая в бездну.
Когда Слоун наконец приходит в себя, оказывается, что она лежит на боку на полу кабины, а под ней расплывается лужа слюны.
— Что…
— Бактапластырный пистолет, — отвечает незнакомец, сидя в кресле второго пилота. — Заживляющая эпоксидная ткань. Повстанцы иногда ею пользовались — нас тайно учили, как остаться в живых, чтобы сражаться дольше. Сейчас эта штука внутри раны залечивает то, что можно залечить. Рано или поздно придется обратиться к настоящему врачу. Это временная мера.
Слоун чувствует себя так, будто ей отбили все внутренности.
Но в голове у нее проясняется, а когда она пытается вздохнуть…
Ощущения, будто в легкие вонзаются иглы, больше нет.
Что ж, неплохо.
— Спасибо, надо полагать.
Он направляет на нее бластер.
— А теперь доставь меня к этому… Раксу.
— Если бы это было так легко… Я не могу просто нажать кнопку, чтобы он взял и появился. Он не голограмма. — Хотя на самом деле вдруг так и есть? — Добраться до него — дело долгое и муторное.
— Так давай начнем.
— Все не так просто, — пожимает она плечами. — Я жду информацию.
— Знаю. Я слышал, как ты разговаривала по связи. Кто такой этот Меркуриал Свифт?
— Охотник за головами, с которым я иногда работаю. Кстати, как тебя зовут?
— Я… — Повстанец колеблется. — Брентин.
— Слоун.
Какое-то время они сидят и ждут, в основном молча. У нее начинает темнеть в глазах, а когда она приходит в себя, Брентин оказывается рядом с ней, почти нос к носу.
Она уже собирается его оттолкнуть, но он говорит:
— Входящий вызов.
Это Меркуриал. Над приборной панелью словно из ниоткуда появляется голубой призрак. Вид у него весьма самоуверенный.
— Слоун?
— Говори, — шипит она.
— Не слишком ли вы напористы?
— Я плачу тебе, так что давай выкладывай.
— Вы и сами знаете, что имперские кредиты почти ничего не стоят. Не больше, чем фишки для игры в пазаак.
— Тогда я отплачу тебе услугой. Десятком услуг. Сотней. Целым звездным разрушителем, под завязку набитым услугами, — отвечает она сквозь зубы, едва не заходясь кашлем, но тут же сдерживается, прикусив язык. Незнакомец на борту ее корабля уже видел ее в минуту слабости, но Меркуриал подобной роскоши не дождется. — Ты добрался до Куанчи? Нашел корабль?
— Нашел, — поколебавшись, отвечает голограмма.
— И?
— Амедда был прав. Там действительно оказались дроиды. Мой хакер их поковырял.
— Нашел что-нибудь про Ракса? Хоть что-то?
— Нашел, — кивает Меркуриал.
— Рассказывай!
— Услуги без конца и края, говорите? — Он даже не дает ей шанса подтвердить. — Ваш друг — с планеты в Западных рубежах, на самом краю Неизведанных регионов. Джакку. Передаю координаты.
Пульт издает сигнал подтверждения, и на экране появляется карта с проложенным гиперпространственным маршрутом до Джакку. Больше Слоун ничего не нужно, и она заканчивает разговор словами:
— Хорошо. Я перед тобой в долгу.
Она обрывает связь и прокладывает курс на Джакку.
«Разоритель» мчится сквозь гиперпространство.
Собравшиеся за столом во главе с Галлиусом Раксом знают, куда направляется звездный суперразрушитель, но никто до конца не понимает, с какой целью. Все украдкой посматривают друг на друга — Обдур на Хакса, Хакс на Боррума. Лишь взгляд Рандда устремлен прямо перед собой — знак преклонения, преданности и страха.
Ракс это ценит.
