Я ждала, что она мне ответит – хоть что-нибудь. Начнет умолять остаться с таким же жаром, как до этого собирала свой чемодан. Но нет! Она не шевельнула ни одной своей накладной ресницей. В какой-то момент мне даже захотелось проверить, дышит ли она. Как вдруг она закричала: «Убирайся!» – таким страшным голосом, что я испугалась и побежала в свою комнату. Захлопнула за собой дверь с такой силой, что висевший с обратной стороны плакат к сериалу «Чудом спасенные» слетел на пол. Помню, как рухнула на кровать и натянула на голову подушку, чтобы не слышать мамины рыдания.
На следующее утро я прикрепила плакат обратно на дверь и спустилась вниз – недоумевая, не приснилось ли мне все это. В комнате матери не было никаких следов вчерашнего разгрома.
С той ночи я никогда больше не видела этого чемодана. Поэтому сейчас испытала настоящий шок.
Я захлопнула багажник, с трудом сдерживая навернувшиеся на глаза слезы. Маме их незачем видеть. Утерев рукавом лицо, я насколько раз моргнула и натянула на лицо фальшивую улыбку. Этому приему меня научила подруга, ставшая королевой красоты в нашем колледже.
Я поспешила войти в здание. Слава богу, еще оставалось время воспользоваться туалетом перед долгой дорогой и поправить макияж, чтобы скрыть следы своих недавних переживаний.
Бумажная карта и распечатанные пошаговые инструкции а-ля
Мама занимала меня байками из жизни «Палисейдс», и это было лучше, чем обсуждение последних событий моей жизни. Поэтому я не перебивала и даже не пыталась сменить тему. Чем больше она рассказывала о себе, тем меньше приходилось говорить мне, потому я изо всех сил изображала внимание и интерес. Надо сказать, что мамин рассказ мог бы стать основой для сюжета телесериала. Страсти так и кипели, и мама была ими настолько увлечена, что меня в кои-то веки перестала мучить совесть за то, что я навещала ее так редко и только по праздникам.
Из динамика телефона фоном звучали мелодии тщательно подобранного плейлиста Элвиса. Они вытаскивали на поверхность воспоминания о событиях моей юности, служили им аккомпанементом, о чем я даже не догадывалась. Когда я росла, то ненавидела «Тюремный рок» или «Голубые замшевые туфли», а теперь в машине слушала их с удовольствием. Хотя что будет через несколько дней пути?!
Мама продолжала болтать, вокруг расстилался монотонный пейзаж – ни домов, ни людей, ни животных; и мое внимание невольно ослабло, как только мы покинули Эль-Пасо и въехали в «техасскую глушь». Я так давно живу в Бостоне, что, оказавшись в этой части Техаса, почувствовала себя иностранцем. Дорога на протяжении многих миль шла вдоль границы с Мексикой, как вдруг мы подъехали к пункту пограничного контроля. Молоденький служащий собирался уже задать какие-то вопросы, но, увидев наш лиловый кабриолет и одежду мамы, а главное, услышав, как она по-техасски выговорила «Привет», молча разрешил нам проехать.
Даже мой мобильный не понимал, где мы находимся, и прислал мне сообщение: «Добро пожаловать в Мексику!» с указанием тарифов на международные звонки.
Я чувствовала себя вполне умиротворенной. Все было так, как я себе и представляла: ветер трепал мои волосы, солнце било в глаза, но не слепило. Было достаточно тепло, но не жарко. Я старалась выглядеть заинтересованной мамиными рассказами, но не напрягалась. Я почти поверила, что все хорошо и у меня все получится. Как вдруг мама закричала:
– Грейс, Грейс, поверни. Говорю тебе – ПОВОРАЧИВАЙ!
Только теперь я заметила скромный оазис цивилизации. По маминому приказу я свернула с шоссе на дорогу, которая через пару километров привела нас в небольшой городок и резко оборвалась на стоянке кафе, которое выглядело бы заброшенным, если бы не светящаяся надпись «Открыто» над дверью. Я еще не успела запарковаться, как мама выскочила из машины.
– Мама. Ты же говорила, что наша первая остановка будет только через несколько километров.
И тут я увидела ее – большую, выполненную из пластика вывеску, один конец которой хлопал на ветру. «ШОУ ЭЛВИСА. ПРИГЛАШАЕМ».
– МАМА! Не может быть.
Она подняла руки вверх, словно ей только что велели бросить пистолет.
– Я не виновата, поверь. Кто же знал, что это здесь находится. К тому же маленьким девочкам нужно в дамскую комнату, да и, учитывая сколько времени мы уже в пути, большим девочкам тоже.
– Мой мочевой пузырь еще не подавал сигналов.
– В менопаузу нужно быть осторожнее.
– Мне едва стукнуло сорок. Нет у меня никакой…
