Долги Нейтралов. Том 2 полностью

— Что это значит для Сарефа? — требовательно спросил Бреннер, который терпеть не мог все эти закулисные политические комбинации.

— В краткосрочной перспективе — то, что теперь любому экзорцисту, который слишком понадеется на свои способности, он будет в состоянии разбить лицо. Впрочем, что тут говорить, смотрите сами…

Для Сарефа то, что происходило, казалось невероятным. Это, действительно, было совсем не одно и то же, чем просто Хим в голове, к которому он уже настолько привык, что считал его присутствие в своём разуме чем-то самим собой разумеющимся. Нет, в момент использования умения на одно мгновение Сареф словно оказался в теле Хима, ощущая всю его мощь… но потом это наваждение исчезло, оставив после себя лишь поток энергии, который, как казалось Сарефу, бесконечно усиливал его возможности. При этом он ощущал, как Хим находится совсем рядом, и он готов в любой момент взять под контроль любую часть его тела… но при этом хилереми послушно ждал приказов.

Одновременно с этим Сареф чётко осознал все чувства, желания и ощущения Хима. Он не зря не столь давно акцентировал внимание на том, что собственные переживания его хранитель всегда держал при себе. Теперь же Сареф осознавал все его эмоции. Его верность и благодарность Сарефу, его недоверие к клану Зинтерра, его злобу и неприязнь в сторону клана Айон, его приятные воспоминания о ночах с Аюми…

— Простите, если не оправдал ваших ожиданий, хозяин, — прошептал Хим, — я ещё не умею в таком состоянии закрывать свой разум, чтобы он вас не беспокоил.

— Прекрати, Хим, — ответил ему Сареф, — ты мне нужен именно таким. Живым существом со своими мыслями и чувствами. А не бездушным покорным рабом. А теперь давай, наконец, вздуем этого надоедливого дракона, который слишком сильно о себе возомнил.

— Слушаюсь, хозяин, — со всем возможным счастливым рвением ответил Хим…

Силовое Поле, удерживающее Фарвиго, наконец, пропало, и он твёрдо встал на ноги. И в его глазах чётко читалось неудержимое бешенство. Что и неудивительно: после всей подготовки, всех стараний, бережно приберегаемого до самого конца умения — Сареф снова, снова ускользает из его ловушки!

Сплетая руки в знакомом жесте, он снова выдал струну света. Вот только ещё до того, как Сареф успел среагировать, его ноги сами сделали крошечное обманное движение в одну сторону, а потом тело резко рванул в другую.

— Я позабочусь о вашей безопасности, хозяин, — сказал ему Хим, — а вы размажьте эту мразь по стене.

Сареф сам удивился, до какой степени легко ему далась эта одержимость. Сначала он не без опасений подозревал, что им с Химом… будет тесно в одном теле. По крайней мере, без практики, без тренировки. Но нет, Хим явно был очень хорошим хилереми, который очень хорошо понимал свои задачи. В итоге он просто взял под контроль ноги Сарефа и его опорно-двигательный аппарат, ловко перемещаясь по полю и избегая всех возможных атак Фарвиго, на которые тот, пребывая в состоянии неконтролируемого бешенства, уже не скупился. Сарефу же, который чувствовал себя, как в летающем костюме, переносившем его с места на место, оставалось лишь атаковать Фарвиго из Каезина — и теперь, когда дракон вышел из себя и не мог так просто отражать каждый снаряд, его здоровье начало медленно, но верно убывать.

Это было просто невероятное ощущение. Драться внезапно стало сверхлегко, и даже если некоторые атаки и проходили — было слегка неприятно, но не более того. Тем более, что и запас здоровья, и запас сил значительно возрастали.

— Да сколько можно уклоняться?! — взревел Фарвиго, когда его очередная струна света улетела в молоко, — остановись и сражайся, трус!

— А ну-ка остановись и дай мне контроль, Хим, — приказал Сареф.

— Есть, хозяин, — послушно ответил хилереми, возвращая Сарефу полный контроль и отдаляясь, оставляя ему лишь всю свою силу. Сареф же встал на землю и повернулся. Фарвиго летел на него… и в мыслях Сарефа снова вспыхнуло воспоминание, как дракон уничижительно отзывается о его силе. И Сареф понимал, что сейчас Фарвиго надо не просто победить. Его надо победить так, чтобы он больше никогда не осмеливался над этим шутить. И, уперевшись ногами в землю, он выставил ладонь навстречу чешуйчатому кулаку Фарвиго… потому что даже если ему сейчас будет больно… даже если он сейчас проиграет… он должен хотя бы один раз встретить атаку драконов лицом к лицу и дать отпор. Какой сумеет, на какой хватит сил… но именно дать отпор. Чтобы драконы знали, что с каждым разом этот отпор будет всё сильнее.