Говорят, что Система благословляет тех, кому повезло родиться в клане. Знания, воспитание, обучение, положение в обществе – всё и сразу, всего лишь по праву рождения. И немногим ведомо, что все эти блага лишь для тех членов клана, которые в перспективе способны принести пользу своей семье…Сареф Джеминид родился с Системным дефектом, с которым никто и ничего не мог поделать. Всегда один из его базовых атрибутов остаётся равным нулю. И каждый день это доставляет ему уйму проблем, включая и отношение членов собственной семьи. Никто не верит в то, что, будучи взрослым, Сареф окажется в состоянии принести своему клану хоть какую-то пользу.И всё же Система всегда стремится к равновесию, и в один прекрасный день то, что считалось дефектом, способно заиграть новыми красками, дать новые возможности… и позволить самому определять свою дальнейшую судьбу. Потому что Система честна… и она всегда даёт выбор. А вот какой выбор сделать…
Сегодня в клане Джеминид был особенный день. Ибо сегодня его ожидало долгожданное пополнение. И на ребёнка возлагались немалые надежды, ибо, невзирая на тот факт, что все члены клана исправно исполняли супружеский долг, Система очень редко давала возможность зачать ребёнка. Кажется, за последние два года среди всех Двадцати Шести вообще ни у кого не рождалось детей. И вот, наконец, именно клану Джеминид улыбнулась удача. И его глава Адейро не мог нарадоваться тому, насколько им повезло. Юной матерью должна была стать Аола Ондеро, невеста из клана Ондеро. Пять лет назад в знак мирных соглашений клан Джеминид покинула племянница Адейро, Юдара Джеминид, ушедшая невестой в клан Ондеро. Вместо неё же пришла юная Аола.
Рядом же сидел новоиспечённый отец, Месс Гайранос. И, вопреки всеобщему ликованию, он был хмур и мрачен. С тех пор, как он женился на Аоле, в его жизни было мало радости. Именно по причине этого самого брака. Нет, необходимость делить ложе с Аолой его не… напрягала. Хотя любви между ними не было, они оба были достаточно молоды и хороши собой, чтобы доставлять друг другу наслаждение в постели.
Беда была в другом. Месс всю жизнь полагал, что женщину, которая выйдет за него замуж, он заберёт в свой клан и будет жить с ней именно там. Но ему не повезло: в жёны ему досталась, как иногда подшучивали аристократы, “неразменная” невеста. В связи с тем, что Аола
Наконец, в комнате раздался плач, означающий только одно. Адейро с улыбкой поднял голову, читая послание Системы:
Месс же, подняв голову, увидел перед глазами своё сообщение:
— Ну, и как? — спросил Адейро.
— Сын, — со слабой улыбкой сказал Месс.
— Отлично, — довольно потёр руки Адейро, — у нас на него большие планы.
В этот момент из покоев выскочила повитуха в чёрном платье.
— Мальчик, господа, — заявила она, — поздравляю, поздравляю.
— Мы уже знаем, что мальчик, — ответил глава клана, поднимаясь, — можем ли мы…
— Да, конечно, заходите, — засуетилась повитуха.
Адейро и Месс вошли в покои. В кресле в левом углу лежала, раскинув руки, леди Иноке, сестра Аолы, прибывшая из клана Ондеро специально, чтобы ухаживать и присматривать за беременной. И хотя большой необходимости в том не было, ибо в замке, разумеется, хватало слуг, глава клана всё же согласился с тем, что присутствие близкого человека будет полезно для будущей матери, и потому допустил Иноке в поместье.
Сама же Аола, чьи длинные тёмные волосы разметались по постели, лучилась радостью и гордостью. И неудивительно: ведь она подарила клану наследника. Для любой знатной женщины Двадцати Шести кланов это — буквально вершина карьеры, после которой женщина окружается небывалым почётом и уважением. Мало того, теперь кланы Джеминид и Ондеро, помимо обычных мирных соглашений, смогут перейти к переговорам о взаимном доступе благословлений второго уровня.
Ребёнок, которого она бережно к себе прижимала, уже казался ей невероятно смышлёным и вообще самым умным. Ведь он вскрикнул ровно за мгновение до того, как повитуха собралась шлёпнуть его по попке. Теперь же он молча лежал в руках матери, казалось, с интересом оглядывая вошедших мужчин.
Адейро же, подойдя к ребёнку, сделал то, что он мечтал сделать уже очень давно. Подойдя к Аоле и малышу, он вызвал окно Системы.
— Ну, мои дорогие, — мягко обратился Адейро к Аоле и Мессу, который успел присесть рядом с супругой и приобнять её, — на каком имени вы решили остановиться?
Месс с улыбкой посмотрел на Аолу и слегка кивнул. Имя они выбрали очень давно, и оно им обоим очень нравилось.
— Сареф, — с улыбкой сказала юная мать, — мы назовём его Сареф.
— Замечательно, — Адейро снова посмотрел на системное окно, и несколько мгновений спустя увидел подтверждающее сообщение:
