В тот же момент Сареф в призрачной форме выскользнул из хватки Василиска и упал на землю. Монстр попытался было добить Сарефа, но через призрачную форму он, ожидаемо, сделать ничего не смог. Именно в этот момент Эргенаш завершил своё текущее восьмое умение, выпустив Василиску в шкуру порядка полусотни метательных ножей. Тот снова отвлёкся на стревлога.
Сареф же лихорадочно размышлял, что делать. Использовать Хватку Стужи не было смысла: он только вылечит ею Василиска. Элементную ярость он не успеет разогнать. Разве только… ну, конечно, верная Тёмная Фаза! Ну и помочь товарищам лечением.
Подняв руку, Сареф указал на Кейю:
Под завершение способности Сареф тёмным сгустком улетел прочь, стараясь потратить как можно больше выносливости. В итоге…
Вот только смена позиции совершенно не помогла Сарефу, он снова оказался прямо позади Василиска. Мало того, его глаз выцепил кончик хвоста монстра, который тот старательно берёг весь бой. В этот момент кинжалы, рукоятки которых до сих пор торчали у него из карманов, сами собой прыгнули ему в руки, и он засадил их точно в самое уязвимое место!
Василиск от этой неожиданной атаки всеми кольцами подпрыгнул в воздухе — и Кейя не упустила момент, снова проделав раскалённым клинком борозду в его шкуре. Василиск снова начал наливаться светом — но на сей раз Сареф решил эту проблему очень просто.
Сияющая защита обволокла всё тело Василиска, давая группе несколько секунд передышки. К Сарефу подскочил Эргенаш, включая на него свою драконью кровь и помогая быстро восстановить здоровье.
— Ты как, держишься? — спросил его Сареф.
— Все мои атаки почти бесполезны, — вздохнул стревлог, тяжело дыша, — если бы я только мог достать до его головы…
Сареф посмотрел на Василиска… и ему мгновенно пришла в голову очередная идея.
— Это легко устроить, — ответил Сареф, — готовься.
Отсчитав нужное время, Сареф скомандовал стревлогу:
— Готовь умение!
После чего вызвал Системное окно и, упав на одно колено и выбрав точку над головой Василиска, вызвал Системное окно:
В тот же момент его и Эргенаша унесло сгустками тьмы. А за тот короткий миг, что он утягивал за собой стревлога, Сареф почувствовал в нём разрушительную внутреннюю борьбу… борьбу сродни той, что он долгое время испытывал сам. Борьбу, когда одно чувство долга борется с другим, разрывая тебя на две части… но мгновение спустя умение завершилось. И тут Сареф понял, что он совершенно не позаботился о том, как будет приземляться. В итоге он ласточкой улетел вниз… но в самом низу его подхватила на руки Кейя. Разумеется, она не удержала его и сама упала вслед за ним, но всё же ей удалось значительно смягчить удар от падения.
Эргенаш же, ловко развернувшись в воздухе, нанёс сокрушительный удар кулаком прямо по макушке Василиска ровно в тот момент, когда защита исчезла. Раздался отвратительный хруст, нечто среднее между звуком ломаемых костей и звуком трескающегося льда. Василиск замотал башкой, изрядно дезориентированный… но всё же он снова повернулся к Кейе, которая вскочила на ноги и хотела снова рубануть его раскалённой катаной. Но Василиск резко отпрыгнул и внезапно с силой ударил по земле всем своим телом. От этого действия несколько сосулек оторвались от потолка и направились точно в Кейю. Сареф никак не успевал её подстраховать, он потратил все заряды Тёмной Фазы, у него было на откате Силовое Поле. Но в этот момент…
Рядом с Кейей приземлился Эргенаш, который, схватив полуэльфийку и обняв её, прокрутился вокруг своей оси несколько раз. Сосульки разлетелись в разные стороны, и Сареф догадался, что он использовал свою вертушку на отклонение магических снарядов. Вот только ему и в голову не могло прийти, что её можно использовать не только для того, чтобы защитить себя. Но, раз уж у него появилось окно во времени, он не собирался его терять. Вновь призвав в руки Каезин, он открыл Системное Окно:
Сразу после этой атаки Василиск снова стал прозрачным, и его подняло в воздух. А мгновение спустя от него отделилось облако холода, которое, стремительно пройдя через всю арену, обволокло Эргенаша, заключая его в лёд. В отличие от Бреннера, он свой выход из строя воспринял стоически, лишь успев прошептать “
