С этой мыслью он вытащил из-под комбинезона пистолет, снял с предохранителя и взвёл курок. Тяжёлый выдох заставил взять себя в руки, напомнив, как обращаться с огнестрелом.
Подойдя ближе к стальной двери, медленными крадущимися шагами, он замер на месте, вслушиваясь в уже умолкающие шорохи, походившие теперь на шаги.
Тяжёлая дверь, с трудом поддаваясь, медленно, скрипя проржавевшими петлями, отворилась во внутрь, представив свету фонаря тёмное, обросшее паутиной маленькое помещение с настенными электрическими щитками и проводами, тянущимися в разные проходы, в том числе в коридор чуть левее, откуда доносился шум, к тому времени походивший скорее на протяжное шуршание.
Стоило только заглянуть за угол, поглощённого тенью прохода, как источник таинственного звука, тут же был обнаружен, представ перед ярким светом. Ожидания напряжённого мужчины частично подтвердились. Перед ним действительно лежал человек, исхудалый, грязный, в оборванной одежде, но что не менее важно, обильно истекающий кровью. Лишь, сдавленный стон и вздымающаяся грудь говорили о остатке жизни в его, явно увядающем теле.
Ахав отклонил оружие в сторону, осторожно оглядываясь по сторонам, тут же подошёл к мужчине, дабы как-то помочь ещё одному выжившему в этом аду. Перевернув его на спину, перед очами бельгийца предстало измученное старое, морщинистое и ужасно худое лицо, с впалыми мутными глазами, уже не замечающими возникший перед ним силуэт. Седые грязные волосы, обрывистыми клочками спускались на пол, с придерживаемой под шею, рукой Йоахима, маленькой головы. Рот с обсохшими губами и гнилыми зубами, то и дело открывался и закрывался, в попытке издать ещё один глухой стон. А хилые, тонкие руки пытались прижать шею, из которой неустанным ручьём текла кровь.
«Он кем-то ранен.» – подумал про себя Ахав. Сначала оглядевшись и выругавшись про себя, неохотно приблизился к ране старика, всё ещё не сводя глаз и оружия с коридора. Взгляд мужчины в плаще с торопливой резвостью осматривали раненого, пытаясь помочь.
«Он потерял большое количество крови. Рана глубокая. Она тёмная, идёт из разреза на шеи, повреждена ярёмная вена». – заключил он. Ещё один навык от использования медицинских препаратов. Отчасти из Африки, отчасти после… «Нет. Приятель уже не жилец».
– Прошу… – с уст старика неожиданно сорвался почти что беззвучный хрип, сказанный, однако на чистом английском. – Не возвращайте меня во дворец… Я больше не выдержу этого…
Таковыми были последние слова умирающего, прежде чем его дыхание окончательно затихало, а мутные глаза застыли на месте.
– Во дворец? – удивлённо вопросил Йоахим, фактически у уже мёртвого мужчины.
Ахав сначала не решился, но после, молча наклонившись к холодному телу, закрыл его глаза рукой, пока все его мысли акцентировались на последних словах умирающего.
«У меня очень плохое предчувствие». – пронеслось в его голове. – «Что-то напало на этого старика, как раз там, куда я направляюсь. Но других безопасных путей рядом нет и близко…»
Его руки от беспокойства запустили пальцы в свои рыжие волосы.
«Итак, что я имею в итоге…» – начал он обдумывать всё целиком. – «На поверхности песчаная буря, напором способная содрать плоть с костей, другие тоннели метро обвалились, а технический коридор – единственная возможность безопасно попасть в другую часть города. И что-то или кто-то убил этого бедолагу в туннеле незадолго до моего прихода…»
Он осмотрелся ещё раз, осознавая, что со всех сторон окружён непроглядными тенями, а единственными источниками света служили блеклые красные аварийные лампы под потолком. Теперь его главная дорога представляла из себя его воплощённый кошмар.
«Какой я из этого сделаю вывод?..» – Найденный им в магазине фонарик постепенно разряжался. Посему он снял с комбинезона старый фонарь, который изначально, даже не задумывался быть использованным им по назначению, а лишь как элемент маскировки во время его последнего рокового заказа… Кто мог подумать, что теперь от него будет зависеть его собственная жизнь?
Он включил яркое устройство и направил на заволоченный темнотой, длинный и пустой коридор.
– Вывод: я в полной заднице… – с губ сорвался усталый вздох, и ноги, хромая на одну, повели его прямиком в неизвестность.
Глава 11.
…
Учёные в спешке столпились возле искрящегося аппарата, облепив его со всех сторон, со смесью удивления и ужаса осматривая и замечая каждую сломанную деталь. Среди них, то с одной, то с другой стороны бегал профессор Ирвинг, в четных попытках хоть как-то исправить ситуацию. Возле комнаты для переговоров, всё ещё стоял поражённый случившемся Вьятт. Во всей сложившейся ситуации, единственным невозмутимым человеком, сохраняющим спокойствие, оставался Дисмас. Сам подобно гиганту, наблюдающему за копошением муравьёв. В конечном итоге что-то подорвало его с места, и он размеренным шагом возвращался обратно к доктору и претеританту.
– Боюсь мне придётся оставить вас на неопределённое время. – вежливо обратился к нему Кристобаль. – Побудьте здесь доктор Вьятт, пока я не вернусь.