Я должна была пригласить их. Должна была принять их — и выглядеть так, будто бы мне ничего не грозило, и моё правление никогда не ставилось под вопрос. Я должна контролировать ситуацию — или сделать вид, если на самом деле на это не способна.
— Войдите, — проронила я так громко, как только могла. Слова, казалось, отражались от стен разрушенной комнаты и эхом бились в моё измученное этой ночью, этим кошмаром сознание.
— Ваше Величество… — начала одна из стражниц, но я повелительственным жестом оборвала её.
— Пусть войдут, кем бы они не были.
В зал зашёл Торстэн Вольф. В его руках сверкал огромный меч. Он был чист — и лезвие, и одежда, — а значит, ещё никому не успел причинить вред.
— Кузен! — воскликнула Мадлен, делая шаг вперёд. Голос её, казалось, всё ещё лучился светом и радостью. — Как я рада тебя видеть.
За Стэном вошли другие мужчины. Никто не скрывал лица — да, они не заботились о том, чтобы кто-то заподозрил их в участии в этом. Может быть, они и вовсе не ждали, что выживет кто-то, кто мог бы после свидетельствовать не в их пользу.
Я старалась оставаться всё такой же бесстрастной — настолько, насколько вообще могла. В конце концов, я должна казаться царственной — выглядеть, как истинная королева.
— Леди Фрея, — промолвил Стэн, — восседающая на ворованном троне.
— Разве это такая уж большая тайна, — промолвила Мадлен — и голос, будто мёд, — что королева всегда занимает место на своём троне?
— Да, — согласился он. — Это место для королевы, а не для самозванки.
— О, милый, ты явно ошибаешься.
— Как ты можешь стоять рядом с нею, Мадлен! — прошипел он. — Она убила наших друзей!
Я уцепилась в подлокотники трона.
— Я их не убивала!
— Разве ты считаешь, что это так незаметно? Я был в твоей лаборатории, Фрея, и там полно ядов! И отметки относительно того, как они должны работать! Ты ставила эксперименты в старой камере пыток — неужели ты вправду считала, что никто тебя не будет подозревать?!
— Я пыталась раскрыть преступление.
Надо успокоиться. Просто успокоиться. Да, я не могла говорить так, как Мадлен, но могла, по крайней мере, казаться собственной.
— Зачем было бы мне держать мышьяк в лаборатории, если б я воспользовалась бы им ради убийства двора? Вы не можете считать меня до такой степени глупой.
— О, да, это было бы глупо, — согласился Стэн, — вот только я не уверен, что ты не полная дура. Я подозревал тебя с самого начала! Ты была на банкете, а после убежала со своей подружкой ещё до того, как подействовал яд. Но я не знал точно до вчерашнего дня, когда ты решила помиловать свою соучастницу!
— Я её не помиловала, — спокойствие. Я сделала глубокий вдох. — Я просто не хотела её казни, вот только это отнюдь не значит, что я поддерживаю её во всех её начинаниях.
— А у тебя даже нет никакого уважения к мёртвым! Ты предлагаешь украсть дань им. Ты призналась, что читала книгу, что говорит о том, будто бы все мы должны умереть! И ты ставишь свои странные экспериментишки на ядах! Ты не можешь быть королевой!
— И именно поэтому ты решил спланировать моё убийство? — я гордилась тем, как звучал мой голос. Склонила голову набок, совсем немного — но теперь будто бы смотрела на него сверху вниз. Властно.
— Я лишь хочу, чтобы ты, — спокойно промолвил он, — сполна ответила за все свои преступления.
— Я этого не делала, Стэн. И никакой вины на мне нет.
Он сердито посмотрел на меня, и ненависть оказалась до такой степени сильной, что я едва ли не содрогнулась.
— Давай, — промолвил он. Взгляд задержался на ожерелье, что мне дала Мадлен. — Отдавай все эти драгоценности и просто уходи. Не хочу убивать тебя, что б ты ни сделала.
Если б я сдвинулась хоть на дюйм, показала бы хоть один признак страха, он убил бы меня — и только кровь растеклась бы по полу тронного зала. Я видела это в его взгляде. Так или иначе… Мне всё равно не выбраться отсюда живой, вот только Мадлен… Мадлен верила. Мадлен совершенно не походила на испуганного человека.
— Это мой трон, — тихо промолвила я. — И я не стану сходить с него по твоему приказу.
Стэн шагнул вперёд, вытягивая меч вперёд, и Дэгни громко зашипела на него. Он вновь посмотрел на ожерелье.
— Ты думаешь, что сможешь править? — спросил он. — Что сможешь укрыться в этой крепости и в самом деле быть королевой? Да ведь тебя никто не поддержит! Половина уже присоединилась ко мне. И ты сгниёшь здесь, как в каземате!
— И она это сделает, — голос Мадлен всё равно казался вежливым. — Да, она будет гнить, но как королева. Как королева в своём дворце.
Крики разрушили напряжённую тишину. Кто-то кричал «Ваше Величество», и среди потока голосов выбивался голос Фицроя, его звонкое «Фрея».
У зала толпилась стража. Этого хватило, чтобы я села ещё прямее, чтобы уверенно встретила взгляд Стэна.
— Моя стража пришла, — промолвила я. — Если ты собирался меня убить, то следовало, пожалуй, немного поспешить.
