Я тоже бывал в Кимберли, но мне не дали вставить слова. Райса буквально засыпали вопросами: что из себя представляют алмазные копи и т. д. и т. и.
Райс отвечал на эти вопросы и показал немалое знакомство с предметом. Он рассказал о том, как организуются поиски, какие предосторожности принимаются в шахтах Де Вера.
— Значит, совершенно невозможно украсть бриллианты?— спросила миссис Блейр с таким видом, будто она собиралась совершить путешествие туда единственно с этой целью.
— Нет ничего невозможного, миссис Блейр, кражи случаются. Ведь я рассказывал вам, как однажды местный житель спрятал бриллианты в своей ране.
— Да, но в больших масштабах?
— За последние годы —лишь однажды, как раз перед войной. Вы должны помнить, Педлер, вы были в Южной Африке в это время?
Я кивнул головой.
— Расскажите нам,—закричала мисс Беденфельд, — О, расскажите нам!
Райс улыбнулся.
— Хорошо, я расскажу вам. Я полагаю, многие из ас слышали о сэре Лоуренсе Эдели, владельце больших южноафриканских золотых рудников. В историю он попал из-за своего сына. Вы, вероятно, помните, что, когда перед войной ходили упорные слухи о новом месторождении алмазов, может быть, даже превосходящем Кимберли, где-то в джунглях Британской Гвианы, два юных старателя, как говорили, вернулись из этой части Южной Америки, привезя с собой чудную коллекцию алмазов. Некоторые из них были весьма внушительных размеров. Небольшие алмазы находили и раньше, неподалеку от рек Маззаруни и Эссекибо, но Джон Эдели и его друг Лукас обнаружили россыпи у слияния этих двух рек. Алмазы были всех цветов: розовые, голубые, желтые, зеленые, черные и бесцветные. Эдели и Лукав приехали в Кимберли, где должны были предъявить свою находку правительственным чиновникам. В это время в шахтах Де Вера произошла сенсационная кража алмазов. Когда алмазы отправляют в Англию, их обычно тщательно упаковывают. Пакет помещают в сейф, от которого имеются ключи у двух человек, только третий знает комбинацию. Сейф переправляется в банк, а банк посылает его в Англию. Каждый такой пакет оценивается примерно в сто тысяч фунтов. Однажды банковские служащие были удивлены немножко необычной печатью на пакете. Он был вскрыт. В нем были найдены, вместо алмазов, куски сахара. Я не знаю, как подозрение пало на Джона Эдели. Вспомнили, что, учась в Кимберли, он был весьма буйным студентом и что отец не раз оплачивал его долги. Как бы там ни было, скоро распространился слух, что история с южноамериканскими алмазами была сплошной выдумкой. Джон Эдели был арестован» У него нашли несколько алмазов Де Вера, но дело на довели до суда. Сэр Лоуренс Эдели заплатил сумму, равную стоимости похищенных алмазов, и дирекция не возбудила дела против его сына. Как на самом деле было совершено похищение, так никогда и не узнали. Но то, что его сын оказался вором, разбило сердце старика» Вскоре с ним произошел удар, Что касается Джона, судьба оказалась более милосердной к нему.. Он завербовался в армию, участвовал в войне, храбро сражался и был убит, смыв кровью свой позор. С сэром Лоуренсом произошел новый удар, и он умер около месяца тому назад. Он умер, не оставив завещания, и его огромное наследство перешло к ближайшему родственнику, человеку, которого он едва знал.
Полковник замолчал. Раздались возгласы удивления, посыпались вопросы. Казалось, что-то привлекло внимание мисс Беденфельд, она вдруг резко повернулась в своем кресле. Я тоже повернулся. В дверях стоял мой новый секретарь Рейберн. Несмотря на загар, его лицо было бледно, как будто он только что побывал на том свете.
Рассказ Райса, очевидно, глубоко взволновал его. Почувствовав на себе наши взгляды, он резко повернулся и исчез.
— Вы знаете, кто он? — спросила меня Анна Беденфельд.
— Мой новый секретарь,— объяснил я ей,— мистер Рейберн. Он был все время нездоров.
Она начала играть хлебом на своем подносе.
— Он давно уже ваш секретарь?
— Не особенно,— сказал я осторожно.
Но осторожность бесполезна, когда имеешь дело с женщиной. Чем вы сдержаннее, тем она агрессивнее. Анна Беденфельд не чувствовала никакого стеснения.
— Как долго? — спросила она прямо.
— Ну, я взял его как раз перед самым отплытием, Один мой старый друг рекомендовал его.
Она ничего больше не сказала и погрузилась в задумчивое молчание.
Я повернулся к Райсу, решив, что, пожалуй, наступила моя очередь проявить интерес к его истории.
— Кто же ближайший родственник сэра Лоуренса, Райс? Вы знаете его?
— Я должен его знать,— отвечал он с улыбкой.— Это я.
