Красный забился, но Айфе держала крепко. Она прижимала его к постели, наваливаясь всем телом, удерживая сильными ногами, а руками затягивала драгоценную удавку. Через минуту борьбы сопротивление Красного стало слабее. А потом его тело задергалось в судорогах и обмякло. Айфе для надежности еще немного подержала ожерелье и разжала пальцы. Она так сильно тянула, что разорвала себе кожу — на ладонях проступала кровь.
Приложив ухо к груди Красного, Айфе прислушалась — тишина. Сердце не билось. Тогда Айфе подняла Ворону веко на левом глазу и ткнула пальцем в самый зрачок. Ничего.
— Сдох, — прошипела Айфе. — Неужели ты думал, что я так спокойно прощу тебе смерть брата? Болван!
Она вскочила на постели, легко пнула тело, спрыгнула на пол и быстро оделась. Вернулась к кровати, расстегнула замок ожерелья и сняла его с трупа.
Потом подкралась к двери и чуть толкнула ее, заглянув в щель. В этой части дворца были узкие коридоры с резкими поворотами.
Двое телохранителей скучали и вяло препирались, кому идти за вином. Третий спал, сидя на полу. Айфе еще немного приоткрыла дверь. В двух шагах слева стену украшал гобелен: охотники гонят кабана. Терпеливо дождавшись, пока оба телохранителя отвернутся, фоморка выскользнула наружу и юркнула за ткань. Подождала, прислушиваясь. Выглянула из-за своего укрытия и увидела две широкие спины. Метнулась за угол, а там уже прокралась до ближайшего окна и выбралась из спящего дворца наружу.
Спустилась по стене, обдирая кожу на ногах и руках, ломая ногти. И бросилась со всех ног в порт. Там Айфе нырнула в холодную воду и поплыла к кораблю фоморов, стоявшему на якоре.
Отлив помог быстро добраться до судна. Айфе ухватилась за цепь якоря и крикнула. Волны плескали ей в лицо. Айфе позвала еще и еще. Наконец наверху послышались голоса, и ей сбросили веревку. Фоморка вскарабкалась по ней на борт.
Увидев ее, команда остолбенела.
— Раздар, нас предали, Немед убит, — выдохнула Айфе. — Возьми десять человек, подкрадитесь и подожгите дворец, ну или дом поблизости. А я возьму троих, и мы унесем тело Немеда.
Фоморы разразились воплями ненависти. Но Айфе не дала им сокрушаться долго.
Пока воины доставали оружие, она быстро переоделась в сухое. Пираты спустили на воду шлюпку, обмотав весла полосами ткани. Гребли бесшумно, по-воровски.
Когда лодка причалила к берегу, фоморы разделились и разбежались в разные стороны. Айфе повела троих за собой. Они добрались до ограды дворца и притаились. Вскоре послышались крики, и в небо поднялось зарево.
— Вперед! — приказала Айфе.
Четверка перемахнула через ограду. Айфе бежала первой. Разбуженные посреди ночи, да еще и после пира, обитатели дворца совершенно растерялись и метались по коридорам, пытаясь выяснить, что происходит. На фоморов никто не обращал внимания. Пользуясь суматохой, они крадучись пробрались в зал, где лежало тело Немеда. Покойника завернули в плащ, и самый крепкий пират закинул его на плечи.
— Уходим.
Обойтись без стычки не удалось. Уже на выходе из дворца фоморам попались стражники.
— Эй, что это ты тащишь? — крикнул один из них.
Ответила сталь. Прорвавшись, фоморы устремились к ограде. Труп перебросили на ту сторону, следом перескочили живые. Теперь тело тащили уже втроем. Айфе по-прежнему бежала впереди. Закинув мертвеца в лодку, фоморы дождались подельников и устремились обратно на корабль, что ждал с поднятыми парусами и якорями.
Вскоре пиратское судно вышло в открытое море.
— Ну, вот ты и дома, — сказала Айфе, присаживаясь на корточки возле мертвого брата и нежно поглаживая его золотые волосы. — Какая ты упрямая скотина, говорила же, не оставайся! Так тебе и надо, что тебя порешили! Ума в тебе было, как в морской корове. Да и та бы сообразила, в какую сторону от врагов бежать.
Она поднялась и прошла к рулевому.
— Держи курс на Плавник, отдадим его морю там.
Этот подводный риф погубил немало кораблей. Фоморы хорошо его знали. Над волнами виднелась верхушка, напоминающая плавник меч-рыбы, а под водой скрывались острые коварные скалы. В шторм Плавник уходил под воду целиком, и уже ничто не выдавало опасного места. Суда налетали на камни и шли ко дну.
Корабль фоморов остановился поблизости. Снова спустили шлюпку. Айфе сидела в ней, обняв тело брата.
— Давайте к скале, — приказала она.
— Может, лучше отдать его морю здесь? — спросил один из гребцов. — Опасно к рифу приближаться. Лодку может разбить.
— Делай, что велели, — огрызнулась Айфе.
Когда они подплыли, фоморам пришлось изо всех налегать на весла, чтобы шлюпку не швырнуло на скалу.
Айфе сказала:
— Помогите мне. А потом возвращайтесь на корабль и плывите домой. Я останусь тут.
Пираты были настолько поражены ее решением, что не посмели переубеждать. Они помогли Айфе опустить тело Немеда в воду. Сама она спрыгнула за борт, одной рукой схватила край одежды брата, а другой погребла к скале.
Приметив небольшой уступчик с подветренной стороны, Айфе забралась на него. Немед покачивался в волнах. Его волосы извивались в зеленоватой воде, словно водоросли, а лицо выглядело довольным и умиротворенным.
