Долина надежды полностью

– А вон и полковник Вашингтон собственной персоной! Кажется, он решил приударить кое за кем, – многозначительно изрек он, когда высокий молодой человек прошел мимо них и подхватил с подноса два серебряных кубка со сливками, взбитыми с вином и сахаром.

Но тут к ним присоединился какой-то кряжистый краснолицый мужчина, и мистер Фитцуильям повернулся к нему, на ходу меняя тему:

– Ага, а вот и тот, кого мы ждали! Томас де Болден, наконец-то! Давай-ка покончим с этим, Томас. Где твои обещанные лотерейные билеты?

Краснолицый господин криво ухмыльнулся, когда его компаньоны дружно полезли за кошелями. Анри видел его за игорным столом и слышал, как его называли членом местного самоуправления. Насколько он сумел понять из отрывочных слухов, богатая супруга принесла ему в приданое недурную плантацию, расположенную в неделе езды верхом к югу, но сейчас Анри спрашивал себя, что это за женщина, которая смогла выйти замуж за столь неприятный экземпляр человеческой породы. От Томаса де Болдена, обладателя маленьких острых глазок, носа с красными прожилками и толстой влажной нижней губы, разило алкоголем, а неприятная ухмылка обнажала гнилые зубы. Невольно отступив на шаг, Анри задался вопросом, а правда ли, что, как он слышал, у виргинцев оттого плохие зубы, что они регулярно употребляют в пищу горячий хлеб.

Томас де Болден рыгнул и принялся раздавать лотерейные билеты мужчинам, которые наперебой совали ему деньги – фунты стерлингов и виргинские банкноты.

– Томас, дай-ка один билет и синьору. – И мужчины расхохотались, выталкивая вперед Анри.

Комната вдруг поплыла перед глазами Анри. Он пробормотал, что более всего на свете мечтал о том, чтобы приобрести лотерейный билет, и вновь промокнул потный лоб платком. От виски голова у него шла кругом.

– Так, так, синьор… Виргинские напитки оказались слишком крепкими для итальянского желудка? – злорадно ухмыльнулся Томас де Болден, но все-таки сунул руку в карман. – Хотел бы я иметь ваш чертов итальянский талант, чтобы делать деньги из воздуха. Всего один лотерейный билет, сэр? На один фунт можно купить сразу шесть. Наверняка вы можете себе позволить, учитывая, что все эти джентльмены, – он обвел рукой столпившихся вокруг плантаторов, – клянутся, будто ваш кошель распух от платы за уроки танцев?

Мужчины дружно закивали.

– Да, так оно и есть, – сказал кто-то. – Продай ему несколько штук за раз, Томас!

На мгновение Анри отвлекся от лотерейных билетов, стоивших непомерно дорого. Через открытые двери столовой он увидел, как полковник Вашингтон протягивает взбитые сливки девушке, которая немедленно обратила на себя его внимание. Девушка была более чем привлекательна, но еще не красавица, с интеллигентным лицом, тут же приковывавшим к себе взор, живыми глазами и маленьким аккуратным носиком, который она забавно морщила, разговаривая с полковником. Она выглядела стройной и элегантной в бледно-голубом, свободного покроя платье с кремовой юбкой; волосы у нее были уложены несколько выше, чем это принято в колонии, напудрены и украшены жемчугами. Анри, привыкший к элегантным туалетам дам в Версале, с первого же взгляда понял, что она была единственной красиво одетой женщиной в комнате, переполненной колониальными девушками крепкого телосложения в их дурно сидящих английских платьях.

Ему не давало покоя ощущение, что где-то он уже видел ее, хотя, если она англичанка, это было маловероятно. Да и невозможно помнить каждую виденную вами девушку, в самом-то деле. Бедный учитель танцев, не сводя глаз с полковника Вашингтона, девушки и взбитых сливок, которые она отправляла ложечкой в свой очаровательный ротик, пробормотал:

– Si![6] Окажите мне честь… полдюжины лотерейных билетов, будьте любезны. – Да, он наверняка знал ее и, несмотря на опьянение, ощутил укол тревоги, не сомневаясь, что в этом случае и она наверняка узнает его.

Рядом, дабы привлечь его внимание, откашлялся Томас де Болден. Спохватившись, Анри отвел глаза и принялся поспешно рыться в кошеле в поисках денег. Толстяк выхватил у него из рук соверен и протянул ему взамен шесть засаленных обрывков бумаги.

– Достойный приз, – заявил Томас де Болден, закрывая свой кошель. Окружающие вновь согласно закивали.

– Простите, но каков же приз? – поинтересовался Анри, высматривая поверх плеча собеседника девушку и полковника, которые куда-то исчезли.

Толстяк хитро прищурился: