В том городе ему и правда пришлось туго. И боялся он больше не за себя, сколько за эту мелкую девчонку, вырвавшую его из лап короля Бруно. Пусть и не напрямую вырвавшую, но давшую тот знак, который он ждал много лет.
Кто она ему? Что она для него значит? Он понимал, что Сабин считала его старшим. Может, братом, может, другом. А кто она ему? Он относился к ней не столько, как к другу, сколько как к потерянной и вновь обретенной племяннице. Или младшей сестре. Он заботился о ней, пока их пути совпадали, а что будет дальше — он пока не думал. Впереди у них было дело, некая цель — найти волшебника по имени Берам. А что будет дальше — он решит потом. Если чародей возьмется обучать эту девочку, если он окажется хорошим человеком, Тед найдет себе дело недалеко от них. Может, вступит в новую гвардию, может, что-то еще. Ну а если волшебник — миф, или просто шарлатан — что ж, они найдут другого. Наверно.
Успокоенный этими мыслями, Тед уснул, и видел во сне что-то тёплое и летнее: след руки, впечатанный в асфальт. А в нем — кленовый лист. Потом подул мягкий ветер, и лист куда-то унесло.
*****
На следующий день они нашли длинные-предлинные рельсы, идущие от горизонта до горизонта. И странно было их видеть: издалека они будто сливались с землей, прятались в ней, а вблизи — вот же! Ржавые, но всё еще лежащие на земле.
Сабин остановилась возле рельсов и осторожно потрогала их левой ногой, обутой в старый сапожок. Рельсы никак на это не отреагировали.
— Что это, Тед? — спросила она.
— Это рельсы, детка, — ответил Тед. Он задумчиво смотрел вдаль, прикидывая, как лучше поступить: отправиться ли вдоль железной дороги? Или попытаться сориентироваться по солнцу?..
— А кто такие, эти релсы? — с опаской спросила Сабин. Длинные железные полосы почему-то внушали ей легкое чувство страха. Даже не страха, а… робость.
— Не кто, а что, — улыбнулся капитан. Он перехватил поудобнее повод Валианта и уверенно зашагал вдоль железной дороги. — Это, девочка, железная дорога. Большущие металлические полосы, по которым возят разные грузы в специальных повозках. Поезда называются.
— Так они, наверно, тяжелые?
— Кто?
— Ну… рельсы.
— Ну да, одному их даже сдвинуть не получится, — кивнул капитан. Девочка робко шла за ним, поглаживая бок коня. Тед невольно отметил, что между девочкой и рельсами шел конь.
— А почему они в песок не вдавливаются?
— Ну, — капитан на миг задумался. — Видишь, вот эти деревяшки? Шпалы называются. Благодаря им и не вдавливаются.
— А откуда ты это знаешь? — спросила Сабин.
— Да рядом с замком Его Величества проходили рельсы. Пару раз мы ходили забирать грузы, привезенные по ним.
— И ты видел даже повозки? — завороженно спросила девочка. Она обошла Валианта и присела возле рельс. Немного подумав, Сабин аккуратно пошлёпала ладошкой по металлу, а потом поколупала ногтями шпалу. Не найдя ни в том, ни в другом ничего страшного или угрожающего, Сабин заметно расслабилась. Она даже попыталась пройти несколько шагов по рельсам, но не удержала равновесие и спрыгнула. Теперь она шла странной подпрыгивающей походкой по шпалам, стараясь наступать только на них. — Жутко не удобно! — наконец заключила она. — Так ты видел повозки?
— Поезд? — переспросил Тед. — Да, однажды я видел его.
— И какой он? — воображение Сабин изобразило поезд в виде обычной повозки, какая была, скажем, у мистера Джордана, который иногда заезжал к ним с Бабушкой, только повозка эта ехала по железным полосам, а не по земле.
— О, он очень большой, — с удовольствием пустился в воспоминания капитан. Воображение Сабин мигом превратило повозку мистера Джордана в грузовую подводу, какие иногда привозили продукты на королевскую кухню. — Большой и железный. У него большие колеса (почти с тебя ростом!), он похож на коробку. Большую металлическую коробку на колёсах. А еще у него из переда торчит труба и из нее валит дым!
— Дым? — не поверила Сабин. — Он горит, что ли?
— Нет, у него внутри печка, — ответил капитан. — В ней жгут дрова и уголь, и поезд едет.
— Почему он едет?
— Ну… — капитан растерялся, — я, честно говоря, не знаю. Никогда не интересовался, как устроен паровоз.
— Жаль, — пожала плечами Сабин. Ее воображение представило уж совсем какую-то тарабарщину. Какие-то коробки с дымом, колёса…
— А еще поезд тянет за собой вагоны — ну, еще короба на колёсах. И вот в них и перевозят людей и грузы всякие.
— А зачем они нужны, поезда эти? — спросила девочка. Она задумчиво глядела себе под ноги. Ей давно надоело прыгать по шпалам, поэтому она, как и Тед, шла рядом с рельсами.
— Чтобы возить грузы и людей.
— А чем лошади плохи?
— Лошадей кормить надо. Чистить, спать давать, поить опять же!
— Но и поезда кормить надо, — пожала плечами девочка. Тед растерянно посмотрел на нее. — Ну, уголь — это как еда для печки. Огонь кушает дрова и уголь, так Бабушка всегда говорила.
— Ну… да, — согласился Тед. — Но поезда, они ведь сильнее лошадей, могут больше груза увезти. Да и много ли ты людей в повозку посадишь? А вот в вагон поезда — человек, не знаю, десять. Или даже пятнадцать!