— Так, мелочь, иди сюда… — пробормотал караванщик. Он открыл дверцу клетки и протянул к девочке руку. Та сделала испуганные глаза и шагнула назад, ближе к брату. — Не валяй дурака! Этот господин принесет тебе счастье! — раздраженно сказал караванщик. Он вновь протянул руку к девочке и тут Джейк, молниеносно развернувшись, ударил его тяжелым свертком по голове. Караванщик опешил и тут же получил второй удар, только более сокрушительный — тяжелым сапогом в лицо. Смачно клацнув крошащимися зубами, караванщик упал в придорожную пыль. Потенциальные покупатели оторопело замолчали.
Джейк, не теряя времени, рванулся вперед, прочь из клетки, вскрикнув от боли, когда почувствовал, как разрывается мочка его левого уха. По шее и щеке ребенка потекла кровь. За его спиной раздался утробный рык — то человек с ирокезом, резко и сильно дернув рукой, лишился почти всего мизинца. Пол клетки начала заливать кровь.
Другие караванщики не успели еще сообразить, что произошло: они стояли у других клеток и беседовали либо между собой, либо с горожанами. Хозяева клеток лишь начали лениво поворачиваться в сторону шума. Джейк спрыгнул на землю и отшвырнул прочь тяжелый сверток — кусок рубашки, в который он тщательно много дней подряд упаковывал мелкие камешки, чудом подбираемые на ходу прямо с дороги (мальчик чуть не лишился всех ногтей на пальцах, когда в темноте высовывал руку из клетки, силясь достать еще камешки) и жеваные части тарелок, из которых кормили рабов. Получившаяся «смесь», упакованная в тряпку, смогла оглушить караванщика и дать драгоценную секунду для удара сапогом человеку с ирокезом.
Сосед Джейка и Лиз, едва оказавшись на земле, сразу подобрал дубинку упавшего караванщика и, подобно молнии, кинулся к другим работорговцам, используя их замешательство. Через несколько секунд от клеток начали разбегаться испуганные горожане. Все пятеро мужчин-караванщиков и дремавшая на крыше повозки женщина теперь лежали с расколотыми черепами. Джейк торопливо открывал клетки других рабов. Те с недоумением смотрели на ребенка и не понимали, что им делать дальше — они-то до сих пор были прикованы за уши!
Джейк не стал им ничего говорить, просто схватил Лиз за руку и подбежал к человеку с ирокезом.
— Бежим! Надо уходить! — крикнул он.
— Не кипишуй, — спокойно ответил мужчина. Он аккуратно поднимал тела убитых им людей и усаживал их подле клеток. — Возьми в их головной повозке все, что тебе надо — еду и воду — и вали.
— А ты?
— А что я? — спросил мужчина. Он повернулся к Джейку лицом, и мальчик поежился от холода его взгляда. — В моей жизни теперь только одна цель — отомстить этим тварям. Они убили моих друзей. За это я убью их всех. Заодно и тебе время выкрою, чтобы ты сестру свою увел.
— Но…
— Послушай, мальчик, — человек с ирокезом внезапно тепло улыбнулся и присел на корточки. — Не повторяй мою судьбу. Ты — славный малый и ты должен защищать свою сестренку в этом гнусном мире. Ты сможешь это сделать. Но если ты останешься тут, со мной — тебе конец. Уводи ее. У вас впереди длинный путь, но вы его пройдете. А я — всего лишь старый панк…
— Старый кто?.. — не понял мальчик.
— Не важно, — вновь улыбнулся человек с ирокезом. — Просто берите еду и бегите. А я или задержу их, или перебью всех к чертям собачьим, — он на миг замолчал, поднялся на ноги и пробормотал: — Нас было двадцать шесть отчаянных парней…
Джейк с сомнением посмотрел на мужчину с ирокезом, деловито шарящегося в повозках. Он давно уже узнал, где что хранят караванщики: где оружие, где еда, где медикаменты. Он перевязал свой кровоточащий палец и теперь шарился в карете с оружием. Джейк подбежал к головной повозке каравана, открыл дверцу и, в тайне боясь увидеть там кого-то из караванщиков, отошел в сторону. В повозке не было никого, только лежали свертки с едой. Джейк торопливо выбрал себе сумку по росту и, почти не глядя, накидал в нее провизии. Он вновь оглянулся на человека с ирокезом. Тот увидел это, показал ему странный жест из двух пальцев (мизинца и указательного), сказал «Хой!» и торопливо куда-то ушел. Через миг мальчик услышал: «Джейк! Беги!». Лиз вопросительно посмотрела на брата. Тот молча сунул ей в руки какую-то котомку, искренне надеясь, что там тоже еда, взял сестру за руку и побежал прочь из города.
Остальные рабы, все еще прикованные за уши, сидели в клетках и растерянно кудахтали, живо напоминая мальчику растревоженных куриц: та же суета без толку. Джейк решил не тратить на них времени и побежал дальше. Откуда-то из-за повозок он услышал тихое пение человека с ирокезом:
— Все панки попадают в рай, дружище… — и звук заряжаемого оружия.
Отовсюду слышался топот, свист и крики, дети бежали без оглядки. В глазах у обоих были слезы, потому что они знали, что этот мужчина с ирокезом остался там. И что он умрет в течение ближайших десяти минут. Умрет ради своей мести и ради того, чтобы помочь им убежать как можно дальше.
— Большие злые зубы! — донес ветер гневный крик мужчины с ирокезом, и, вслед, — выстрелы.