Это он взял. Повязал ее вокруг шеи. Я помахала им вслед и забралась обратно в шалаш. Я представляла, как мои мужчины входят в город. Их сверяют по спискам: пятый коэффициент — все в порядке, можно приступать. Забор тяжелый, он теперь из сплошного железа. Такой не растащишь. Его привезли на нескольких грузовиках. Приходится выгружать отдельными секциями и собирать уже на месте. Четыре человека тащат одну здоровую секцию и устанавливают на дно канавы. Полотно виляет туда-сюда, Саша с Веней с трудом удерживают его вдвоем. Слева и справа подносят еще секции. Подгоняют вплотную, соединяют скобами или чем там еще. Потом закапывают основание и утрамбовывают.
В моем представлении это происходит слаженно и быстро, но в действительности все гораздо более непредсказуемо. Вот кто, например, мог подумать, что наш дом облепит со всех сторон сосульками? Это даже не сосульки, а ледяные деревья какие-то, они крепче стен. Мне будет трудно с ними справиться. И солнцу тоже. Я жду, когда оно наконец скроется за горизонтом. Ведь тогда должны возвратиться мои работники. И теперь я размышляю о том, что они купят на заработанные деньги. Хлеб. Одежда. Доски. Вариантов немного. Первые два, конечно, предпочтительнее, потому что доски складывать уже некуда, а вот еду и одежду… Наши тела тоскуют о них постоянно.
Смеркается. Стало быть, работа окончена и пора возвращаться. Я не выдерживаю и начинаю считать. Один, два, три… Я считаю шаги от города до нашего дома. Двадцать пять, двадцать шесть, двадцать семь… Как еще я могу приблизить приход ребят? Пятьдесят два, пятьдесят три… и появление новых вещей в доме… сто четыре, сто пять, сто шесть… Я не в состоянии ни помочь им, ни поторопить, я могу лишь фиксировать их движения. Я просто сгораю от любопытства. Сижу у входа, завернувшись в полуодеяло, и выглядываю на дорогу.
Пятнадцать тысяч восемьсот сорок три… Солнце давно зашло. Это плохо, потому что нельзя будет как следует разглядеть, что они принесут… Двадцать тысяч ровно. Кажется, они миновали развилку. Надо же, я ни разу не сбилась — так велико мое желание. Вот и наблюдательный пункт. Двадцать шесть тысяч четыреста восемьдесят семь…
Один, два, три… Здесь можно считать с нуля. Семьсот пятнадцать, семьсот шестнадцать… Ну, еще немного… Одна тысяча девятьсот шестьдесят шесть шагов. Это моих. У мужчин должно быть меньше. Однако их до сих пор нет. Может, несут что-то тяжелое — плюс еще двести шагов. Или повернули в кусты — еще сто… Остановились поболтать с надзирателями из будки — еще пятьдесят. Я уж и не знаю, что придумать. Глаза слезятся от ветра и напряжения. Забираюсь обратно в шалаш. Да ну их к черту! Еще не хватало, чтоб я опять слегла по их милости! Но только окопалась внутри, слышу знакомые шаги. Наконец-то соизволили! Разворачиваюсь и ползу к входу. Осторожно выглядываю… Что это значит? Ни хлеба, ни теплой одежды, только пресловутая миска с гадкой похлебкой. И больше ничего. Выходит, я зря столько ждала!
— Угадай, что мы купили? — они еще издеваются.
— Да вы же с пустыми руками!
— А ты подумай, — предлагает Саша, почему-то ужасно довольный.
Осматриваю их с ног до головы: те же брюки, рубашка, сандалии.
— Ну!.. — я начинаю злиться.
— Что, никаких предположений?
— Вы меня разыгрываете. Вы ничего не купили. Вынимайте деньги. Сколько там? — я оттопыриваю карман Вениной рубашки. Но там пусто, если не считать каких-то щепок и куска наждака.
— Э-э, погоди, еще рано. А денег у нас нет. Мы их потратили.
Опять все сначала.
— Но что же вы купили?! — ору я. — Воздух, что ли?
— Да не воздух, а землю! Землю мы купили! — в один голос отвечают мне.
— Какую еще землю? Зачем нам земля? Ее тут и так полно, — внезапно до меня начинает доходить. — Ах, землю?
— Участок, понимаешь? — ребята видят, что немного перестарались с загадками, и принимаются объяснять подробно: — Еще один квадратный метр. Теперь вот это все наше, — они обводят руками обширную территорию вокруг шалаша. — Это необходимо для будущего дома. Весной мы будем строиться. Понимаешь? И еще… — они переглядываются, — на обратном пути мы зашли в сторожку, — (вот почему так задержались), — заплатить и зарегистрировать территорию и…
— Что и?..
— Нам присвоили еще одну цифру! Нам покорился шестой индекс!
— А я думала, вы принесете что-нибудь вкусненькое, — уныло отзываюсь я.
