— Надо же, я уже больше года здесь, а ничего не знала о существовании этого района. Он далеко отсюда?
— Не очень.
— Сколько шагов?
— Шагов? — Кира удивлена.
— Они считают шаги до всего, где бывают, — снова берет слово Соня.
— Здорово! — Михаил снова выступил вперед. — А мы не догадались их считать. Вы нас научите?
— Нет ничего проще. Главное, не сбиться. И можно на «ты».
— А давайте прямо сейчас попробуем? То есть давай.
— Хорошо, только надо начать с какого-нибудь ориентира. Например, от города. И выбрать конечный пункт.
— Тогда предлагаю идти до меня, — Миша обернулся ко мне. — А вы пойдете с нами?
— С удовольствием! — выпалила Соня за нас обеих.
И мы двинулись все вчетвером. Сначала вернулись к городу, а оттуда пошли снова, считая шаги. Иногда кто-нибудь останавливался, чтобы перевести дух на круглой цифре. Михаил считал вслух, по десяткам, самозабвенно выделяя двухзначные числа. Мы едва поспевали, стараясь подстроиться под его шаги. В таком темпе дошагали до развилки, где немного передохнули молча, потому что каждый повторял в уме свой результат. Затем двинулись к лесу, там тоже сделали передышку, и дальше по прямой дороге до Мишиного дома.
Когда мы очутились возле его квадратного метра с грудой досок, сложенных словно для костра, все по очереди выдали свои цифры. Итак, у нас получилось: 23 811 шагов Михаила против 10355 Сониных и 15 948 у Киры. Я насчитала 32 307. Мы озадаченно смотрели друг на друга. Расстояние-то было одинаковым, и шагали мы почти в ногу. Другое дело время, которое для всех тянулось по-разному. Наверняка кто-то торопился и перескакивал через целые сотни, а то и тысячи, а кое-кто постоянно отвлекался, искоса поглядывая на мощного попутчика и пересчитывая одну и ту же тысячу по нескольку раз. Лично я была уверена в своих цифрах и своем времени. А потому сразу вспомнила, что надо возвращаться. Судя по солнцу, мои мужчины уже закончили работу и теперь при деньгах.
Я столкнулась с ними у железных рыночных ворот, из которых они уже выходили. Я опоздала, и оставалось только разглядывать, что они купили. Саша нес доски. Опять эти доски — две широкие и несколько мелких. Он просто неутомим в своем увлечении деревяшками. Уж думала, мы больше не будем тратить на них деньги.
— Ну ты даешь! — приветствовали меня ребята. — Где ты гуляешь? Мы уже давно закончили, пришлось без тебя отовариваться.
За досками я наблюдаю еще высокую жестяную кружку с удобной ручкой, вторую ложку, хлеб и — наконец-то мы поедим! — банку свиного паштета.
— А разве строительство нашего дома не закончено? — показываю на доски.
— Какое там! Это процесс бесконечный. — Саша разводит руками. — Конкретно эти пойдут на полку и небольшой столик. Как видишь, у нас много посуды набирается. Ну давай, рассказывай, где была.
Пока мы продвигались к дому, я рассказала о новом знакомстве, а еще о подсчете шагов и существовании неизвестной дороги справа от города.
— Мы знали о ней, — Саша ничуть не удивился. — Там живет Петр.
Вот так всегда. Вечно я все узнаю последней… Но зато кусок хлеба, густо намазанный нежным розовато-коричневым паштетом я получаю первая. И еще долго ощущается во рту устойчивый вкус мяса. Саша рассчитал, что паштета хватит на тридцать два бутерброда. Значит, как минимум десять дней нам предстоит наслаждаться пищей богачей.
Ребята соорудили полку на восточной стене, а на южной, сбоку от кровати, изобразили нечто вроде столика. Мы расставили на нем посуду. Для сохранности паштета пришлось выделить большую миску, наполнив ее холодной водой. Я содрала этикетку с веселой хрюшкой и прикрепила над самым изголовьем. Пусть она вдохновляет нас в тяжелые минуты.
Время пошло быстрее. Мы вставали чуть свет. Мужчин регулярно брали на укладку кирпичей. Иногда и меня ставили на общественную стенку.
Деньги текли хоть и небольшим, но непрерывным потоком, обеспечивая появление новых вещей. Это были широкие темно-серые полушерстяные брюки для Вени за рубль пятьдесят, плотные коричневые семидесятикопеечные колготки и домотканый с признаками былой ворсистости платок в полрубля для меня. На ноги ребята приобрели носки, ношеные, но еще целые, по двадцать копеек за пару. Апофеозом покупок явились ботинки. После нескольких дней скитаний по базару я высмотрела самые дешевые — за два пятьдесят. Кожа с войлочной подкладкой уютно облегала ногу и доходила почти до лодыжки.
Мы бросили вызов осени и зиме. Пусть приходят, когда вздумается. Пусть даже раньше срока. Теперь уж мы готовы к встрече непрошеных гостей. Добро пожаловать! Давайте, заваливайте! Ломитесь в двери ветрами, осыпайте дождем и снегом, окружайте потопами, проникайте стужей! Давайте, пробуйте! Поторопитесь, потому что с каждым днем мы становимся сильнее! И не старайтесь выкрасть у нас тепло и спокойствие! Мы сумеем сделать так, чтобы в нашем доме больше не было воров.
