Лорин оглядела ресторан отеля «Коломби». Примерно сто человек собрались насладиться тем коротким промежутком времени в начале вечера, когда вот-вот подадут ужин. Она не замечала бряцания столовых приборов и разговоров на бесчисленном количестве языков. Она думала лишь о Брайане и о том, что заставило ее сделать столь решительный шаг — поехать во Фрайбург. Инстинктивно вернулось ощущение беспокойства.
Прежде она ничего подобного не испытывала.
— Вон там! За пустым столиком с лиловой скатертью. Он сейчас на нас смотрит. В клетчатом пиджаке. Смотри!
— Ах да. Теперь вижу.
— Красивый мужчина, верно?
— Да, точно.
Лорин поразила слепота Бриджет. «Красивый» тут, наверное, не самое походящее слово.
— Интересно, а?
Опираясь рукой на край стола, Бриджет слегка наклонилась вперед. Вокруг ее рта, выдавая волнение, собирались мелкие морщинки. Она чуть махнула головой — как будто поправляла выбившуюся прядь волос. Однако этому помешала бы половина пузырька лака для волос, который она вылила на себя в их двухместном номере.
План у Лорин был следующий: завтра, в субботу, рано встать и караулить Брайана возле его отеля, пока он оттуда не выйдет. Потом тайком пойти за ним и посмотреть, что будет. Незаметно следить за собственным мужем уже непросто, но была еще одна проблема — Бриджет. Тащить ее с собой нельзя ни в коем случае.
— Бриджет, почему бы тебе не взять бокал и не познакомиться с ним?
Невестка мгновенно покраснела и вновь взяла себя в руки.
— Лорин! — с нажимом произнесла она. — Ты же сестра моего мужа. О чем ты думаешь?
— Не о том же, о чем и ты. Но разве не все равно?
— Боже мой, что же он подумает!
— Кто?
— Тот мужчина!
Бриджет снова покраснела.
— Однозначно то же, что и ты, дорогая Бриджет.
Лорин отметила, что сильнее Бриджет уже не покраснеет, хоть она и была к этому близка.
На следующий день Лорин встала в четыре пятнадцать. Спала она отвратительно, постоянно крутилась, обнимая подушку и пытаясь заснуть. Кровать у окна осталась нетронутой. Лорин уже слышала, как жена ее брата раскаивается, рассыпаясь в бесчисленных заверениях и просьбах проявить понимание.
В то утро выпала обильная роса. Вокруг ни трамваев, ни такси — город еще не проснулся. Между «Коломби» и отелем Брайана Лорин оказалась единственным живым существом.
И тем не менее ей не пришлось долго ждать, пока хоть что-то произойдет. Если бы она догадалась, она бы спряталась за одним из каштанов, высаженных вдоль дорожки ко входу в отель. Там она смогла бы незаметно наблюдать за входом в глубине и при этом вовремя среагировать, если Брайан, выйдя на улицу, решит обойти отель. Если он решит сейчас так поступить, то запросто уйдет незамеченным — с той точки Урахштрассе, где она сейчас стоит, она его даже не заметит.
Проблема решилась еще до того, как она ее осознала. С посыпанной мелким гравием дорожки послышались шаги — и вот на улицу вышел Брайан. Лорин спрятаться было негде. Кроме них с Брайаном, на улице не было ни души. Прежде чем повернуться спиной к дороге, она мельком увидела обеспокоенное лицо Брайана, поднимавшего воротник. Он углубился в собственные мысли и не заметил ее. Ему это было не свойственно.
Быстрым шагом Брайан направлялся в центр города. Хорошо одетый и элегантный. Лорин на цыпочках кралась за ним по брусчатке, молясь, чтобы появилось побольше людей и они поскорее вышли на дорогу поровнее, более пригодную для высоких каблуков.
Человек, шедший в сотне метров от нее, казался моложе того мужчины, с которым она прожила целую вечность. Он него веяло живостью, почти юношеской независимостью, свидетельствовавшей о том, что он вырвался от повседневной жизни. Идя по незнакомому городу в безумно ранний час, когда большинство людей крепко спят, он казался чужаком.
В субботу дорожные работы не велись, и Брайан шагал, не обращая внимания на щебень, стаптывая свои ботинки от «Ллойд». Замешкавшись, Лорин потеряла его из виду. В панике она стала озираться по сторонам. Трамваи бесшумно не ходят. Но Брайан исчез.
«Вот черт!» — подумала она. Ей стала смешна ее дилетантская попытка выполнить столь простую задачу — проследить за человеком на улице, да еще днем. Проделав весьма долгий путь, результатов она добилась жалких.
Лорин решила идти в сторону центра.
Она испытала огромное облегчение, вновь обнаружив Брайана, целеустремленно шагавшего в паре сотен метров впереди. Болели щиколотки. Теперь по улицам ходило больше людей. Лорин чувствовала, что на нее все смотрят: она сломя голову неслась по улице крошечными шагами — движению мешали высокие каблуки, ноющие щиколотки, одежда, возраст и ее плохая физическая форма.
Когда она почти догнала его, застройка стала плотнее. Как только она обрела уверенность, что справится с задачей, он вдруг рванул к остановке посреди проезжей части и запрыгнул в трамвай. Хоть Лорин и слышала, что сзади идет трамвай, она не обратила на него внимания.
А теперь она на него не успеет.
