Выстрел прогрохотал по лесу как взрыв. Птицы стаями вылетели из гнёзд. Ариан ничего больше не слышал. В него попали? У него лопнула барабанная перепонка? Он ощупал грудь, но ожидаемой боли не почувствовал. Рядом он услышал поскуливание.
Волк сделал ещё шаг – и упал перед Арианом в снег.
Коричневая шерсть под пальцами Ариана была тёплой и мягкой. Он нащупал что-то влажное, липкое и увидел у себя на пальцах тёмную жидкость…
Ариан опять услышал поскуливание. На этот раз тише. Золотые глаза волка были полуприкрыты. Снег быстро чернел.
Ариан ладонью зажал место, откуда хлестала кровь. За спиной раздался скрип шагов. Титус уронил ружьё.
– Что ты наделал! Титус, что ты наделал?!
Глаза мальчишки округлились, а рядом уже оказались Малинка и Кунал. Они набросились на Титуса и вдавили его в снег. Мальчишка не сопротивлялся.
Диана присела на корточки рядом с Арианом. Стянув через голову свитер, она прижала его к ране волка, и серая ткань очень быстро потемнела. Ариан уже почти не ощущал под пальцами сердцебиения.
Янка, подойдя, толкнула Тониуса носом. Волк издал жалобный звук.
Погладив пальцами шерсть, Ариан крепко вцепился в неё.
«
Никакого ответа. Ариан закрыл глаза, чтобы прислушаться к себе. Ничего. Только слабый пульс в мягкой шерсти.
Внезапно он увидел перед собой Тониуса, каким тот был в момент их знакомства. Сияющие глаза, каштановые волосы и искренний смех. Картинка менялась, словно в тихий пруд бросили камень. Это был всё ещё Тониус, но теперь ребёнок лет десяти. Ариан ощутил солнце на коже. В воздухе стоял запах скошенной травы и новой резины. Он был не один – с ним был ещё мальчик, чуть младше. Оба ехали на серебристом велосипеде. Один крутил педали, другой сидел на седле.
«Серебряная стрела», – пробормотал Ариан с закрытыми глазами.
Потом оба мальчика сидели на заднем сиденье машины. Был туман. Младший чего-то боялся. Тониус дал ему какую-то фигурку. Пластмассового супергероя с двигающимися руками и ногами, с длинными когтями, в маске и сером плаще.
«Не бойся, Вулфсбейн присмотрит за тобой», – прошептал Ариан слова, которые возникли в нём вместе с картинками. Ничего из реального мира вокруг себя он больше не воспринимал. Раненый волк, Диана, Титус – все они были где-то далеко.
Мальчиков с заднего сиденья швырнуло через весь салон. Стекло протаранила ветка какого-то дерева. Чернота.
Теперь картинки появлялись и исчезали быстрее. Некоторые он еле успевал разглядеть. Синий свет. Табличка с названием места. В приоткрытую дверь он увидел сидящего за столом человека. Человек тихо плачет и не замечает, что оба мальчика наблюдают за ним.
Теперь мальчики и этот человек стоят в лесу. Садится солнце. У их ног – холмик земли. Рядом ель с двумя верхушками. Над ними преклоняет колени каменный ангел. Тониус взял младшего за руку.
– Не бойся. Я никогда не оставлю тебя одного, обещаю, – прошептал Ариан.
Чей-то вопль вернул его к действительности. Первым, что он увидел, были собственные руки, зарывшиеся в мокрую шерсть.
Стоящая рядом Диана смотрела на него округлившимися глазами. Сзади слышались рыдания.
– Отпустите его, – прошептала Диана.
Быстрые шаги по снегу – и рядом с ними опустился на колени Титус. Он протянул руки, и пальцы его дрожали, словно боясь прикосновением ранить волка. Глаза волка открылись и слабо вспыхнули, когда он увидел брата.
– Знаешь, он хотел сдержать обещание. – Голос Ариана прозвучал тихо и без упрёка.
Тониус рыдал. Плечи его тряслись. Он погладил голову волка.
– Вулфсбейн был супергероем, которого он выдумал, потому что я по вечерам часто не мог заснуть, – казалось, он говорил это самому себе. – Он раскрасил фигурку и подарил её мне на день рождения, в восемь лет. – Лицо его скривилось. Он вытер слёзы. – Я… я этого не хотел. Выстрел… произошёл случайно. Тониус, ты должен мне поверить… я… я… – Голос отказал ему, и он положил голову на голову волка. Коричневый волк закрыл глаза. Пальцы Титуса сжались в кулаки. Он запрокинул голову – и над поляной пронёсся вопль, мало похожий на человеческий.
Ариан почувствовал, что чьи-то маленькие руки оттаскивают его от Тониуса.
Вопль превратился в вой, на который не откликнулся ни один волк. Пальцы Титуса скрючились. Спина выгнулась и удлинилась. Одежда порвалась, и всё его тело затряслось в судорогах.
– Волк забирает его к себе, – прозвучал у его уха голос Дианы.
Остальные, стоя вокруг него, молча наблюдали за преображением. Луна Йоля безжалостно освещала Титуса, тело которого продолжало меняться. Теперь с него свисали лишь клочья одежды. Лицо вытянулось, и из открытой пасти выступили острые зубы.
Диана рядом с ним покачала головой:
– Он сопротивляется. От этого всё проходит только болезненнее.
