– Нам бросилось в глаза, что здесь очень мало таких, как мы, – она обвела пальцем всех троих.
Мостовой тролль склонился так далеко вперёд, что вагончик заметно накренился. Выражение его лица слегка прояснилось:
– Так и знал, что вы маги! Откуда вы?
– Из Аркена.
Брови мостового тролля поползли вверх:
– Аркен? Так значит, он действительно существует? Я думал, что это просто миф. Почему же вы тогда здесь, если могли быть в Аркене?
– Это долгая история. Но почему здесь так мало магов?
– Хм, Франкфурт непростое место, особенно когда темно. Некоторые постоянные клиенты в одночасье исчезли. Но большинство просто уехали из города.
Проглотив свою порцию мороженого, к разговору подключился Юри:
– Так почему же ты ещё здесь?
Мостовой тролль долго смотрел на него, но потом всё же снизошёл до ответа:
– Мне нравится, что здесь очень спокойно. Никаких клянчащих детей, никаких шумных подростков. Никого, кто требует посыпать мороженое шоколадной крошкой. К тому же одна ведьма мне сказала, что, если я открою свой дворец тут, внизу, со мной ничего не случится.
Может, она ослышалась? Джес откинула с лица волосы:
– Простите, вы сказали, что место вам присоветовала ведьма?
– Ну да, самая настоящая ведьма. Я был у неё в автодоме. Собрался уже покинуть Франкфурт: слишком опасно мне тут было. Но она сказала, что здесь, под мостом, со мной ничего случиться не может.
Джес ещё раз внимательно присмотрелась к дворцу. Может, здесь есть какие-то магические артефакты или глифы, которых она не заметила? Она поискала глазами лей-линии: возможно, они с Юри, сами того не зная, стоят в точке их пересечения. Может, ведьма сплела какие-то особо филигранные чары? Но ничего такого. Ни малейших следов магии.
С другой стороны: по доброй воле сюда никто не придёт. Чтобы это предсказать, не нужно обладать никакими магическими способностями.
Джес откашлялась:
– Эта ведьма… у неё магический кристалл или карты Таро? Или она предсказывает будущее? Гадает по руке или занимается приворотом?
Мостовой тролль энергично кивал после каждого вопроса:
– Да, точно, вообще-то она делает всё. Так вы её знаете?
– И думаю, вы заплатили ей за этот совет?
– Само собой! Ведьмам ведь тоже нужно на что-то жить.
Джес вздохнула. Значит, всё-таки тупик. Он говорил о ведьме-любительнице, которая делает быстрые деньги на легковерности остальных.
Юри, очевидно, думал иначе. Улыбнувшись Джес, он попросил ещё порцию мороженого и поставить два штемпеля на карточку:
– Значит, цель достигнута. Вперёд, к ведьме!
Верхушки елей высились в ночном небе как зубы какого-нибудь доисторического Левиафана, готового поглотить мир. На востоке показалось первое бледное сияние наступающего утра. И всё же пройдёт ещё несколько часов, пока день окончательно прогонит из Аркенского леса ночь.
Тишину леса нарушил испуганный хриплый крик улетающей прочь вороны. Напугавшее её существо – не человек и не зверь – мчалось, прислушиваясь и принюхиваясь, укрытое от посторонних глаз деревьями в платьях из вечнозелёной хвои. Оказывающиеся на его пути ветки ломались, молодые деревца вырывались с корнями. Существо, остановившись, вытянуло морду к бледным звёздам и застыло: здесь явно появился кто-то ещё.
Тьму между стволами деревьев разбавил яркий свет, сопровождаемый ритмичным поскрипыванием, и существо, пригнувшись, слилось с тенями.
Менее чем в двух метрах от него по лесной дороге катил на грузовом велосипеде Ариан. Красная Молния, подпрыгивая, углублялась в лес, и под колёсами скрипел снежный наст. Над дорогой нависали ветви, и свет лишь местами выхватывал из темноты искрящиеся островки снега. Взгляд Ариана следовал за светом фары, но мысли его летели совсем другими тропами.
Этим утром Бьорну не пришлось его будить. Наоборот, он радовался необходимости рано встать, чтобы доставить оставшуюся посылку господину Ч. Косте. Всю ночь он не сомкнул глаз, а если и задрёмывал, то очень скоро в испуге подскакивал в постели.
На этот раз уснуть ему не давали не мрачные видения и кошмары. Его заставляли бодрствовать реальные монстры. Организм его требовал сна, а рассудок как белка неустанно перескакивал с одной мысли на другую. Он рухнул в постель уставшим, чувствуя во всём теле свинцовую тяжесть, но стоило ему закрыть глаза, как возникали картинки с обоими братьями – на велосипеде, в машине, у могилы, преобразившиеся и в крови, исчезающие, став хищниками, в лесу.
Никто из стаи его не упрекал. Диана отвезла его назад, а остальные остались нести почётный караул у тела Тониуса. «Ты сделал что мог», – сказала она, и эти слова так же не шли у него из головы, как и видения с братьями.
Невысказанным осталось только, что он не справился. Что они нуждались в его помощи, а он их подвёл. Он солгал. Не рассказал Диане, что хотел обрубить связь с Кошкой, что не имеет представления о магическом мире и хочет закрыть ведущую в него дверь.
«Ты сделал что мог».
