…"Встреть я его на улице, пожалуй, не узнала бы", - подумала Виолетта, разглядывая приближающегося к ее столику мужчину. Игнатьев сильно сдал, потолстел, обрюзг. Он был в штатском, в довольно приличном костюме, но пиджак и брюки стали ему маловаты. Лицо одутловатое, под глазами - мешки. "Пьет, - заключила Виолетта и с удовлетворением констатировала про себя: - Нет, все-таки правильно я тогда сделала, что рассталась с ним".
Павел неуклюже протиснулся между столиками, наклонившись, чмокнул Виолетту в щеку и грузно опустился на стул, жалобно скрипнувший под его массивным телом.
– Привет! А ты совсем не меняешься. Все такая же!
– Какая? - кокетливо поинтересовалась Виолетта, подперев щеки кулаками.
– Хитроглазая, - усмехнулся Игнатьев, окинув ее взглядом, и добавил: - Девчонка.
Этот эпитет понравился Виолетте куда больше, чем напыщенные словеса Клавдия.
– Да и ты не стареешь, - попыталась она вернуть комплимент, но Павел только махнул здоровенной ладонью - мол, не трепи языком, сам про себя все знаю.
Подскочил юркий смазливый официант, но Игнатьев даже не стал брать у него меню.
– Два кофе! - приказал он. - И для барышни что-нибудь, безе - крем-брюле.
Парнишка удивленно вытаращился сперва на него, потом на "барышню", но переспрашивать не стал.
Виолетте совсем не хотелось кофе, она бы лучше выпила соку. Однако возражать не стала.
– Ну давай вываливай, что там у тебя! - сказал Павел, как только официант удалился. - У меня времени всего двадцать пять минут. Ты же не просто так сюда пришла, не на меня полюбоваться.
– Откуда ты знаешь? - кокетливо спросила Виолетта. - Может, за этим и пришла.
– Да любоваться особенно не на что, - усмехнулся офицер. - Зрелище средней паршивости. Давай излагай, не тяни кота за яйца.
– Пашенька, мне нужно инсценировать ДТП, - ангельским голоском попросила Виолетта.
Огромная рука Игнатьева, опустившаяся было в карман, очевидно за сигаретами, замерла на полпути.
– В каком смысле?
– В самом прямом. Видишь ли, Паша, тут такое дело… - На лице Виолетты появилось проникновенное выражение, именно так выглядят женщины, когда смотрят латиноамериканские телесериалы. - Одна моя подруга замужем за очень богатым бизнесменом. Но она полюбила другого и хочет уехать с ним за границу. А муж - настоящий Отелло! - не только не дает ей развода, но совсем голову от ревности потерял, запер ее дома, грозится разыскать и убить ее любимого… Словом, кошмар. Вот мы и придумали: надо устроить так, будто она погибла в автокатастрофе.
– И как ты себе это представляешь? - Он закурил.
Появился официант, поставил на стол две дымящиеся чашечки и креманку с тающим мороженым, испуганно взглянул на Игнатьева и тут же исчез.
– Скажи, Паша, бывает, что машина, попав в аварию, загорается? - поинтересовалась Виолетта, втыкая ложечку в пышную бледно-золотистую массу.
– Бывает. Правда чаще в кино, чем в жизни. И что?
– Надо разыграть аварию, поджечь ее машину. И там найдут обгорелый труп женщины. - Она поднесла ложечку ко рту и попробовала мороженое.
Действительно, крем-брюле.
– Ну совсем офигели бабы! - почесал коротко стриженный затылок Игнатьев. - А труп-то где собираетесь брать? Убьете, что ль, кого-нибудь для пользы дела?
– Да нет же, успокойся. Труп мы одолжим в крематории. Ты же помнишь, у меня был друг, заведовал кладбищем, остались знакомства… - Виолетта положила несколько ложечек мороженого в чашку. Получилось кофе-гляссе.
– Понятно. Одолжите, значит. - Павел отпил кофе. В его огромной ручище крошечная чашечка смотрелась несколько комично.
– И так, на чем я остановилась? - невозмутимо продолжала Виолетта. - Машина обгорит, внутри будет труп. Естественно, происшествие зарегистрируют, вызовут мужа, который будет ее разыскивать, опознает машину, какие-то вещи, возможно паспорт…
– Подожди-подожди! Какой паспорт? Если все сгорело, то как мог уцелеть паспорт? - Он курил, держа сигарету между большим и указательным пальцами.
– Ну, значит, не паспорт. - Виолетта была сама покладистость. - Значит, еще что-нибудь, кольцо золотое, например, золото не горит. И муж опознает машину, а в трупе, соответственно, свою жену.
– Летка, да фигню ты городишь! Первая же экспертиза…
Виолетта пристально посмотрела на него:
– А вот экспертиз не надо, Павлик. Я за этим к тебе и обращаюсь, чтобы не было экспертиз.
– Идиотская затея. Только бабы до такого могли додуматься! - Игнатьев с силой расплющил бычок в пепельнице.
Виолетта кротко на него взглянула:
– Пашенька, помнишь семьдесят третий год?
Павел пожал плечами:
– Ну вроде помню.
– И что тогда было?
– Да много чего было. Мы с тобой расстались, например.
– Не забыл. - У Виолетты потеплело на душе. - А скажи, Паша, помнишь, что ты обещал мне перед расставанием?
– Ну? - нехотя отозвался Игнатьев.
– Ты сказал, что я всегда смогу к тебе обратиться, когда ты мне понадобишься.
– Разве я тебе не помогал? И когда этого твоего кладбищенского хахаля убили, и когда у Эдуарда возникли проблемы…
– Да, Паша, именно так все и было. Но теперь твоя помощь нужна мне не меньше, чем тогда, а может, и больше.
