Дальше были два мешочка-кошелька. Один, поменьше – с местными золотыми монетами – тинтами, второй, побольше – с серебряными аштинами и медными лепестками. Тоже ничего необычного – собираясь в дорогу, всякий берёт с собой деньги, вряд ли в этом мире додумались до кредитных карт… ан, нет… Ещё один мешочек с ровно нарезанными кусочками пергамента – на каждом надпись-обращение к разным лицам – видимо, местным банкирам - с требованием выдать подателю сего тысячу золотых тинт. Что-то вроде векселей или чеков. Аккуратно запакованные письменные принадлежности…. деревянный футляр для свитков. Две небольшие шкатулки из полированного тёмного дерева, инкрустированные золотой нитью… Вот их почему-то в руки не хотелось брать категорически…
Дядюшка Матэ провёл над ними рукой и сказал:
- Зачарованы. Причём заклятие на них наложено… Не самое приятное, да.
- И ты не можешь его снять? – спросил я.
- Не могу, - ответил дядюшка Матэ. – Но ты сможешь. Огонь может разрушить все чары.
- Я ж тут всё спалю… – попытался откреститься я. Но любопытство и меня грызло, так что следующие слова старого мельника я воспринял даже с некоторым облегчением.
- Твой Огонь сделает то, что ты от него хочешь, - сказал он. – Прости, но ты хотел уничтожить тела, и твой Огонь послушался тебя. А сейчас ты можешь попробовать вызвать Холодный Огонь, который уничтожит наложенные на шкатулки чары.
- А если всё-таки спалю?
- Ты же не хочешь, значит – не спалишь. Попробуй, не бойся, - улыбнулся дядюшка Матэ.
Я вздохнул и вызвал Огонь, мысленно разговаривая с ним, как с живым существом. Я просил его быть Холодным, уничтожить чары, но не трогать шкатулки.
И Огонь откликнулся. Мои ладони охватило льдисто-синее пламя, которое словно стекло с моих рук на шкатулки, окутав их прозрачным коконом. Оба кокона вспыхнули… и тут же погасли. Дядюшка Матэ провёл рукой над шкатулками и удовлетворённо сказал:
- Вот видишь – всё получилось. Твой Огонь слушается тебя всё лучше и лучше.
И он взял в руки одну из шкатулок и открыл её. К моему удивлению, я увидел в шкатулке грубой работы глиняную дудочку, а на лице дядюшки Матэ отразилось глубочайшее отвращение.
- Это ещё что такое? – удивился я. – Зачем дудочку так запечатывать?
- Это не простая дудочка, - ответил старый мельник. – Никогда не думал, что своими глазами увижу Свирель Последнего Дня. Пакостная вещица. С помощью её можно поднять умершего. Любого. И тот, кто поднял, сможет им управлять. Есть только одно ограничение – тело должно быть захоронено в тот же самый день, а поднято ровно в полночь. Поэтому во многих деревнях до сих пор сохранился старый обычай – караулить могилу. Друзья и родственники умершего в день похорон не уходят с кладбища до следующего утра. Благородные-то об этом уже подзабыли, а вот крестьяне – особенно тюхи – ещё помнят…
- И что теперь с этим делать? – спросил я.
- Уничтожить, конечно, - без колебаний отозвался дядюшка Матэ. – Эта вещь – даже не кол. Это трёхдневные пытки перед четвертованием. Неудивительно, что Вершители путешествовали в облике Нойотов. Нойотов никто обыскивать не осмелится, а вот нашу повозку…
- Понятно, - я вложил дудочку в шкатулку, закрыл её и, перебравшись к бортику, выбросил шкатулку, на лету вызывал Огонь, и на сей раз я искренне желал, чтобы от поганой вещички не осталось даже пепла.
Огонь и на сей раз меня не подвёл – шкатулка даже земли коснуться не успела, как с кончиков моих пальцев сорвались багровые полосы, и шкатулку охватило красное пламя, мгновенно ставшее чёрным. Было такое впечатление, что в огне корчится какая-то нечисть, мне показалось, что я даже слышал злобно завывание, а тогрух шарахнулся в сторону, но Огонь мой был безжалостен, и на обочину дороги приземлился уже лёгкий седой пепел.
- Отлично! – прокомментировал дядюшка Матэ. – Теперь мы знаем, что ты и Вершителям сможешь противостоять, если что…
Я улыбнулся в ответ, но тут же почувствовал слабость и лёгкое головокружение. Видимо, я ещё после прошлого Огня не восстановился.
- Голова кружится? – спросил дядюшка Матэ.
Я кивнул в ответ и получил глиняную бутылку с мутноватым, резко пахнущим содержимым. Резко, но не неприятно. Пахло травами и ещё чем-то, что я не мог распознать.
- Выпей, - сказал дядюшка Матэ. – Это травки, я впрок сварил. Помогут тебе восстановиться.
Я глотнул. Было такое ощущение, что мне дали неразбавленного спирта. На время рот и пищевод просто онемели, не ощущая никакого вкуса, потом пришло резкое лекарственное послевкусие, потом по телу разлилось приятное тепло и я почувствовал себя вполне бодрым. Настолько бодрым, что без слов раскрыл вторую шкатулку и замер в восхищении.
В шкатулке на голубой шёлковой подкладке лежал идеальный шар размером с детский кулачок – чистейший, сияющий каким-то внутренним светом. К нему так и тянуло прикоснуться… погладить…
- Ничего себе! - прокомментировал дядюшка Матэ. – Откуда эти придурки взяли Талисман Абсолютной Удачи? И зачем он им – ведь для некромантов он бесполезен! Но, Мирон, поздравляю! Теперь у нас есть, что предложить работорговцу!
