— Да ладно тебе, — я довольно бесцеремонно облапил женщину за талию, и потащил в столовую. — На тебя же смотреть жалко. Сейчас поешь, выпьешь бокал вина — у меня, кстати, есть бутылочка Теморанского — и жизнь снова обретет краски.
Нулайис чуть отстранилась, и посмотрела на меня уже с интересом. С тех пор, как Теморан прекратил поставлять свое вино в другие страны, этот темный напиток стал цениться едва ли не дороже золота. Я стащил драгоценную бутылку у Аламарина, и счел появление в своем доме жрицы Неройды достаточно веским поводом, чтобы ее распечатать.
— Умеешь ты заинтересовать женщину.
Красавицу, похоже, нисколько не волновала моя рука, удобно разместившаяся у нее на бедре. Я заглянул в ее огромные глаза, коснулся кончиками пальцев сочных губ, опустил взгляд в обширное декольте, и не удержался от очередной шпильки:
— Красивый кулон.
Нулайис спешно отстранилась, накидывая на плечи газовый платок и прикрывая сверкающий в вырезе платья сапфир — символ непорочности.
— Вот взял и все испортил…
Я рассмеялся и повел гостью к столу. Неройда покровительствовала браку, семейному очагу и рождению детей, и потому, хоть ее жрицам и надлежало соблюдать целомудрие, но это было больше пожелание, нежели строгое правило. Неройда относилась к шалостям своих дочерей с пониманием.
— Визариус рассказал мне о погроме, который ты устроил утром. Что на тебя нашло?
Видимо, прислуга, доставлявшая ужин через заднюю дверь, видела мою гостью, потому что на столе уже стояли два прибора. Я усадил жрицу за стол, не торопясь с ответом. Нулайис полностью воплощала в себе кошачью натуру своей богини: коварную и независимую. Нельзя было точно сказать, что у нее на уме.
Смерть Горилики была ей определенно невыгодна. Я лично, буквально за руку, привел принцессу в храм Неройды и познакомил ее с Верховной жрицей. Если я эти пять лет выполнял функции отца, то Нулайис заменила девушке мать. Восхождение Горилики на трон сулило культу Неройды процветание. Я же предпочитал не вмешиваться в дела богов, и поддерживать с жрицей дружеские отношения. Едва ли угроза исходила от Неройды. Я решил поверить этой женщине.
Жестом попросив подождать меня, я отправился в оружейную. Здесь, под неподъемной на вид стойкой с двуручными мечами, был сейф. Возможно, кого — то удивит обилие в моем доме тайников и ловушек, но прошу учесть, что не реже, чем раз в три месяца, дворцовая стража забирала с моего крыльца промасленный мешок с останками очередного незадачливого вора. Эти представители древнейшей в мире профессии вламывались ко мне в дом с поразительным постоянством.
Прихватив из сейфа бутылку вина, фиал с ядом и небольшую коробку, я вернулся в столовую.
— Вот, — я протянул фиал жрице. — Этим меня напоил Его Величество. Поскольку его познания в алхимии ограничиваются процессами брожения и возгонки, я делаю вывод, что этот препарат изготовил придворный лекарь.
— Потрясающе, — Нулайис восхищенно прицокнула языком. — Просто не знаю, что совершеннее — сосуд или его содержимое. Ты действительно великий чародей.
Эта женщина прекрасно знала, как я падок на лесть. Но и ее слабости были мне известны. Я придвинул к ней коробку.
— Это тебе. Скромный подарок.
Жрица подцепила ногтем крючок, запиравший коробку, и кончиком пальца приподняла крышку. На бархатной подкладке лежали пять пустых фиалов. Женщина заулыбалась и бросила на меня хитрый взгляд. Мы поняли друг друга: счет был равный.
— А как ты извлек яд из крови? — Нулайис внимательно всмотрелась в наполненный фиал. — Я вижу здесь некоторые компоненты, которые распадаются бесследно.
— Это одно из свойств сосуда. Но для этого требуется особый метод извлечения, который, уж извини, я тебе не открою.
— Понимаю, — жрица кивнула. — У всех есть свои секреты.
— Именно, — я разлил вино по бокалам. — А теперь моя очередь задавать вопросы. Я понимаю, почему Альб напоил меня чаем со снотворным. Мне, конечно, обидно, но все же понимаю. Но зачем было прятать меня в каземат?
— Ну, так уж и в каземат! — Нулайис махнула рукой. — Вполне уютная комнатка. Между прочим, мои девочки неотлучно дежурили у твоей постели. Раздевать тебя мы побоялись, и бедняжкам приходилось тебя переворачивать, чтобы ты ничего себе не отлежал. А ты, между прочим, не очень легкий. Так что не жалуйся. А причина прятать тебя была довольно веской. Пока ты спал, на Горилику было совершено покушение.
— С ней все в порядке?
— Да, она не пострадала. Это был ее бывший возлюбленный, которого ты так ловко с шеста снял. Он предпринял еще одну попытку проникнуть во дворец и в этот раз продвинулся значительно дальше, хотя до Горилики снова не дошел. Наткнулся на парней Визариуса, а те вмиг его скрутили. С собой нес серьги, якобы прощальный подарок. Серьги были пропитаны ядом. Откуда серьги — не говорит, но, видимо, это дело рук лекаря. Хотя в тот момент на него никто не подумал: тот случай, когда он проставлялся и потравил гостей своим зельем, у всех на устах.
— Да, — протянул я. — А мальчишку он, скорее всего, подставил.
— Думаешь? — Нулайис покачала головой. — Ты так уверен в этом юнце?
