— Не переживай, я… знаю, что делаю.
— Я и не переживаю, — спокойно отвечает он.
Фандер выжидает пару секунд, ожидая ее ответа, а потом протягивает руку и поддевает кончиками пальцев подбородок Нимеи, чтобы она на него посмотрела.
— Что?
Пара вздохов — и она вырывается, чтобы продолжить вытирать кровь с его ноги.
— Я могу сам.
— Отлично. — Нимея с долей облегчения вручает Фандеру бутылку воды и тряпку, а потом встает с пальто и отходит на пару шагов, усевшись прямо на траву.
— Я не зря пострадал. Ты могла переломать ноги, если бы мы перевернулись. — Он не отрывает взгляда от своей раны, в которой видны, помимо стекла, крошечные ниточки от размахрившейся ткани порванных штанов. Их тоже придется убирать.
Нимея закатывает глаза, отсчитывает три секунды, будто дает себе шанс не подходить к Фандеру, и все равно возвращается на старое место.
— Дай я, мне удобнее. С чего ты взял, что я бы переломала ноги?
— Предположил.
— А мне кажется, ты…
— Хватит. Что сделано, то сделано. Чем тебе мешают мои ссадины?
— Тем, что я теперь не могу тебя тут кинуть и пойти волком за ремонтниками, — бормочет она, обреченно глядя на ушибленный висок Фандера, порез на лбу, потом начинает подцеплять ногтями ниточки. — Готов?
Нимея смотрит ему в глаза и осторожно берется за стекло. Не задумываясь, другой рукой крепко сжимает пальцы Фандера. Он не вырывается и не предпринимает никаких попыток к освобождению. Нимея сжимает их еще крепче, ей самой так спокойнее, а потом резко выдергивает стекло.
Фандер шипит, Нимея на автомате начинает дуть на рану, и он с глухим стоном прикрывает глаза.
— Почему это ты меня не можешь бросить? — хрипит Хардин, явно отвлекаясь от боли.
— Ты прихрамываешь, далеко в случае чего не убежишь. Мы в лесу, и мало ли кого ты приманишь своей окровавленной рожей, — тараторит она, сильно прижимая к ране тряпку, которая стремительно напитывается кровью. — Тише… тише…
— Тут кто-то водится? — Фандер пытается улыбнуться.
— Это не траминерские относительно безопасные леса. — Нимея шарит в аптечке, находит там гомеопатическую бесполезную мазь и чистый бинт. Наличие бинта уже хорошие новости.
— Наприме-ер?.. — тянет он.
— Да не знаю я. Какие-то безумные оборотни или дикие волки. Но всем известно, что нельзя бросать раненого человека одного в лесу.
Раздраженная Нимея стонет от отчаяния, морщится, хмурится, даже нервно напевает старую детскую песенку про темный-темный лес, а потом берет себя в руки.
— Ладно. Ничего страшного, да? Собрались, вытерли слюни, кровь и пошли. У меня нет ни одного средства, чтобы тебе помочь, кроме воды и этой хрени с травками. Окей? На ногу наступать сможешь?
Нока еще раз для верности дует на место пореза и туго затягивает бинты. Потом быстро обрабатывает мазью остальные ссадины, смущаясь того, как критически близко находится от лица Хардина, но он, кажется, вовсе не против, и это совсем неправильно.
Фандер встает с земли и делает пару шагов, морщась от боли:
— Неприятно, но терпимо.
— Не хватает Омалы. Она на раз лечит такое. Может, ты того… Научишься по-быстрому управлять своей магией? Что надо сделать? Наорать на тебя? Порычать? Побить?
— Поцеловать? — Хардин расплывается в улыбке и делает шаг вперед, будто предлагает это всерьез, а Нимея рассеянно качает головой.
— Идиот, вот честно. Хуже Энга.
Фандер поджимает губы и кивает, мол, ну конечно, как же тут без Энга, а Нимея решительно начинает собирать вещи. Машина практически бесполезна без двух колес и лобового стекла. Неизвестно, что с ней вообще случилось. Есть шанс остаться без транспорта, но оба почему-то предпочитают об этом не говорить.
Нимея закидывает на спину рюкзак и даже закрывает теперь бесполезную автомобильную дверь на ключ, а потом бодро направляется вдоль трассы, низко опустив голову. Фандер прихрамывает следом:
— Вообще-то я смогу сделать себе заживляющую мазь, если соберешь нужные травы. Ты умеешь отличать вереск от…
— Ой, не выдумывай, а? Это тупо, не умрешь ты без своей мази. Пошли уже за помощью.
— Да ладно, брось меня тут. Ты правда думаешь, что рядом с оживленной дорогой меня что-то поджидает? — кричит Фандер ей в спину, Нимея только отмахивается:
— Не хочу потом искать твой труп.
Нимея не злится, ей и правда кажется, что в какой-то момент ее колени чуть было не сломались. А потом в мешанине звуков и постоянного давления со всех сторон чьи-то руки помогли принять безопасную позу, а чье-то тело укрыло от вещей, летящих с заднего сиденья, и стекла, которое сыпалось от разбитого лобового. Кто бы еще это мог быть, как не Фандер Хардин.
Бросить его теперь одного в лесу, раненого и хромого, было бы как минимум не по-человечески. Она ему действительно благодарна.
— Как думаешь, далеко идти? — выдавливает из себя Фандер.
— Не знаю, не думаю… Погоди, есть же карта.