Они шагали по каменистому берегу, держась поближе к воде. Река служила естественным барьером для нежити: если призраки наткнутся на них, один быстрый прыжок спасет их от смерти. Хотя взамен появлялся риск утонуть. Течение колебалось между каменистыми, пенящимися валами и плавными, более мягкими потоками, но Рен надеялась, что нырять все же не придется.
Джулиан остановился, когда они оба начали чувствовать усталость. Кузнец, прищурившись, смотрел на возвышающиеся утесы, и тут Рен тоже заметила обломки разрушенной мельницы.
– Предлагаю их осмотреть, – сказал Джулиан. – Переночевать здесь, а потом…
– Мы не можем останавливаться! Мы едва продвинулись вперед, и…
Джулиан покачал головой:
– Мы не можем шагать три или четыре дня подряд, и будь я проклят, если зайду на Одержимые земли с туманом в голове. Нам нужно поспать.
Рен выпятила челюсть:
– Лучше спать днем. Тогда нежить намного менее активна.
Кузнец на мгновение задумался над ее словами и кивнул:
– Так мы и сделаем… но после сегодняшней ночи.
Рен открыла рот, чтобы возразить, когда заметила, как он передернул плечами. Легкое движение, едва заметное, но она увидела гримасу, которая исказила его лицо. Джулиан был ранен еще до нападения бандитов и, похоже, мучился больше, чем хотел показать. Он начал прихрамывать, опираясь на ногу, которую ранее порезала Рен. Ее собственные порезы и ушибы тоже давали о себе знать: лодыжка начала пульсировать, по мере того как выветривался вырабатывавшийся за день адреналин.
Так уж и быть, они отдохнут, приведут себя в порядок и продолжат свой путь на следующий день.
Не получив от нее возражений, Джулиан направился к дому, но Рен вытянула руку, чтобы преградить ему путь.
– Позволь мне, – сказала она, снимая мешок и бросая его на землю.
Кузнец открыл рот, словно собирался возразить, но она обнажила мечи и вопросительно подняла брови. Джулиан бросил нервный взгляд на дом, а затем кивнул.
– Держись поближе к воде, – попросила она, прежде чем медленно двинуться к строению.
Часть деревянной крыши обвалилась. В том месте, где когда-то из каменного фундамента выступало колесо, образовалась трещина с единственным торчащим куском металла.
Хотя Рен и заглянула внутрь через разбитые ставни, большую часть поисков она доверила своей магии.
Поблизости не было никаких костей.
Рен обернулась и подпрыгнула на месте, потому что Джулиан стоял прямо у нее за спиной.
– Чисто? – спросил он и заглянул сквозь ставни, полностью игнорируя ее очевидную встревоженность. – Существуют и другие опасности помимо нежити.
– Все чисто, – ответила девушка.
Кузнец быстро обошел дом снаружи и направился ко входу. Покосившуюся дверь, которая впитала в себя немало воды, было легко взломать. Рен последовала за Джулианом и оказалась в маленьком жилище, состоящем из одной комнаты, пропахшей плесенью и гниющими листьями, которые задувало через дыры. В остальном же мельница вполне подходила для ночлега.
Джулиан бросил на землю мешки, казалось, остался доволен увиденным. Очевидно, он прихватил и сумку, которую Рен оставила на берегу.
– Думаю, если найдем сухие дрова, получится развести костер.
В комнате стояла ржавая печка, а рядом, под брезентом, – груда трухлявых поленьев. Какое бы наводнение ни разрушило мельницу, оно случилось давным-давно.
К сожалению, большая часть поленьев оказалась непригодной для использования. Они прогнили и крошилась в руках Джулиана, который поднимал их одно за другим. У стены Рен обнаружила шаткий стол и четыре стула, у одного из которых она отломила ножки.
Совместными усилиями они заготовили столько дров, что хватило бы на несколько часов. Джулиан использовал кремень, чтобы развести огонь.
Вскоре помещение наполнилось запахом дыма и светом от неуклонно разгорающегося пламени.
Повисла странная неловкость. По сути, они были незнакомцами, даже врагами, которые еще недавно сражались друг с другом.
Рен решила нарушить молчание.
Она села на один из оставшихся стульев и закинула ноги на стол.
– Почему вы хотели похитить принца?
Джулиан вздохнул, рассеянно потирая то место, куда угодила стрела.
– Ты когда-нибудь прекращаешь болтать?
Рен улыбнулась. Это она еще только начала.
– Хотели получить что-то взамен на его жизнь? Золото?
Джулиан, не глядя на нее, ответил:
– Что хорошего в золоте, если нам не с кем вести торговлю? После возведения Стены золото перестало быть для нас валютой.
– Значит, дело в еде?
Он покачал головой и повернулся лицом к Рен:
– Мешки с зерном и скот в обмен на принца? Ты притворяешься или действительно такая глупая?
