Обходя небольшое помещение по кругу, я внимательно рассматривал удивительно гладкие стены, понимая, что больше всего материал, использованный неведомым строителем, похож на тот, из которого состоят раковины морских моллюсков. Над тем, где и когда я мог видеть такие чудеса раньше, я старался пока не задумываться. Скорее всего, рано или поздно я получу ответы на все свои вопросы. В ином случае, я сейчас падал бы на дно озера в виде охапки неаппетитных останков. Чем больше я размышлял и осматривался, тем больше у меня складывалось впечатление, что я нахожусь внутри огромной раковины странной формы. Так как ничего похожего на скамью или стул здесь не было, а опустился прямо на пол и, прислонившись к стене, оказавшейся тёплой, словно живой, погрузился в странное состояние. Нечто похожее я ощущал во время тренировок с Крысом, когда он учил меня медитировать и входить в состояние транса.
Сколько я просидел так, закрыв глаза и плавая в блаженном мире грёз, я не знал, но когда открыл глаза, то какое-то время сидел, тупо уставившись в пространство перед собой. Я очнулся, и теперь я помнил всё.
Арест, бесконечные дни в камере, похожей на каменный мешок, предложение магистра Даргеро, переход порталом в самое сердце Франгая, выбор, предложенный мне посланцем Новых Богов, трансформация, Крыс, расслоение сознания, прыжок в водоворот…
А ещё я теперь знал гораздо больше о том, что происходит в этом мире, знал, для чего я здесь. Я – барон Реджинальд фон Рествуд. И теперь у меня есть цель, которая является тайной для всех кроме меня. Никто не должен даже догадываться о том, какой путь я выбрал, нырнув в сердце водоворота, в Око Тьмы.
Глава 21
Теперь я знал, кто мой неведомый учитель, и меня переполняла гордость от сознания того, в какую удивительную тайну я посвящён. Почему им был выбран именно я? Разве это имеет сейчас хоть какое-то значение? Впервые в жизни я понимаю, что не просто трачу отпущенные мне судьбой дни, а иду к великой цели. И какая разница, почему для служения ей был выбран именно я? Я избран, я знаю и помню о своей миссии, и ничто не сможет заставить меня отказаться от моего предназначения. Наверное, судьбе было угодно, чтобы я прошёл весь тот путь, который мне выпал. Ничто не было напрасно: ни обучение у Крыса, ни арест и встреча с магистром, ни превращение в того, кем я стал в итоге. Всё – теперь я понимаю это удивительно ясно – было этапами подготовки, миновать которые было никак нельзя.
Я решительно тряхнул головой, сбрасывая все эти не нужные в данный момент мысли, и сосредоточился на первоочередной задаче: выбраться обратно на берег. Из обрушившихся недавно на меня видений стало понятно, что мой невидимый наставник больше не станет мне помогать, ибо я достиг того уровня, когда могу дальше обучаться самостоятельно. Это и радовало, и пугало: справлюсь ли? Но что-то внутри ликующе твердило: справлюсь, иначе просто не может быть.
Посмотрев на колышущуюся над раковиной, в которой я находился, толщу воды, я ухмыльнулся, сосредоточился, и через несколько секунд в потолочное отверстие грациозно скользнула огромная чешуйчатая змея. Я решил, что именно эта форма будет для меня сейчас наиболее комфортной и позволит максимально быстро подняться к поверхности. Так и получилось, и вскоре я, приняв прямо в воде свой привычный облик, размеренно грёб к берегу. Выбравшись на траву, я встряхнулся, сделал несколько шагов по берегу, а потом остановился и обернулся к воде. Откуда-то извне пришло чёткое понимание того, что нужно сделать, и я, не позволив себе ни тени улыбки, низко поклонился чёрному озеру. Наверное, со стороны это выглядело нелепо: тёмно-зелёное драконоподобное существо сгибается вдвое, стоя мордой к застывшему озеру с зеркальной антрацитовой поверхностью. Но меня и раньше не слишком волновало чужое мнение, даже тогда, когда я находился в хрупком человеческом теле, да и потом тоже. Сейчас же, когда я осознал, для чего было всё случившееся со мной, меня и подавно не беспокоило, что подумают обо мне другие.
Франгай принял меня в свои зелёные объятия словно мать, ласково обнявшая долго отсутствовавшего сына, хотя меня не было всего лишь пару часов. Я направился было в сторону опостылевшего за это время убежища, но внезапно понял, что могу туда не возвращаться. Крыс, конечно, будет орать и возмущаться, но я вполне могу сделать себе отдельный дом. Почему мне эта простая мысль раньше не приходила в голову?
