Время текло, дети росли, Энтони не возвращался. Люси и Бен нередко расспрашивали о папе, получая в ответ лишь заверения в том, что он вернется, обязательно вернется. Маленькая Хелен, не знавшая отца вовсе, вопросов пока не задавала. Хотя, возможно это обуславливалось еще и тем, что ей было только два года, и она еще не до конца научилась говорить. Зато бегать научилась превосходно, как и лезть всюду, доставляя родным немало беспокойств.
Особое удовольствие девочке доставляли прогулки у моря, которое она явно искренне любила, а также визиты к крестной, большой дом которой давал тысячи лишних возможностей для игр.
Рози с радостью забирала Хелен к себе, иногда даже отдельно от других детей, и играла и гуляла с ней. Крестница до боли напоминала ей ее друга детства, что было немудрено: она действительно была его маленькой копией.
Однако шаловливый характер малютки доставлял Рози и немало беспокойств: девочка регулярно ввязывалась в игры с беспризорными детьми, а порою и просто убегала куда-то далеко от крестной, не со зла, просто заигравшись. Обычно Рози ловила ее довольно быстро, но в этот раз, заглядевшись на витрину магазина, на которой было выставлено великолепное синее платье, она даже не заметила, в какую сторону направилась неугомонная двухлетняя барышня.
Замерев, как статуя, не зная, куда идти дальше, Рози думала только о том, что она скажет Джоанне. Сегодня та была полна решимости провести целый день с детьми, но ее бабушка, весело хихикая, отвела ее в сторону и сообщила о каком-то сюрпризе. Едва заслышав о нем, Джоанна разрешила подруге забрать младшую дочь и отправилась помогать бабушке что-то готовить.
Рози тогда очень обрадовалась этому, как радовалась всегда, когда у нее появлялась возможность понянчить любимых крестников. Отсутствие своих детей все-таки сказывалось на ней, и нерастраченную материнскую любовь она изливала на детей Джоанны и Энтони. И, рано или поздно это должно было сыграть с ней злую шутку. Сегодня и сыграло.
Тряхнув головой и приходя в себя, миссис Дьюи откинула панику и принялась искать девочку. Почти полчаса она металась по городу, расспрашивая прохожих, и иногда даже получая от них какие-то полезные сведения.
Между тем крошка Хелен даже не заметила, что оторвалась от крестной матери, погнавшись за большой пестрой бабочкой. Резво перебирая коротенькими ножками, она поспешила за ней, но бабочка не желала ловиться и каждый раз ускользала от маленьких ручек.
Увы, бабочка не знала, что за ней охотилась дочь Энтони Хоупа, унаследовавшая от него все его упрямство и умение добиваться своей цели. Хелен продолжала следовать за неуловимым насекомым еще долго, до тех пор, пока едва не ткнулась носом в красивую коляску, запряженную парой огромных, статных вороных коней. Бабочка улетела, но она была уже забыта: девочка с искренним восхищением осматривала коляску.
Слегка приоткрыв ротик, она закружила вокруг экипажа, с любопытством касаясь больших колес. Извозчик, спавший на козлах, даже не заметил девочку: он дремал.
Осматривая удивительную большую штуку, Хелен и не заметила возникшую перед ней хозяйку экипажа – просто, но элегантно одетую пожилую даму. Та, с немалым для ее возраста проворством остановила малышку прежде, чем та ткнулась лбом ей в колени.
– Ну, и кто это тут у нас? – лукаво улыбаясь, осведомилась дама, осторожно отодвигая девочку от себя и поддерживая ее, чтобы та не упала.
Хелен остановилась, и, приоткрыв ротик, с любопытством уставилась на очередное неожиданное препятствие. Препятствие оказалось аккуратненькой старушкой, немного похожей на обеих ее бабушек.
– Ты откуда, деточка? – ласково поинтересовалась старушка, наклоняясь к незнакомой девочке. Та лишь хихикнула и протянула ручку к лицу незнакомки.
Старушка улыбнулась и потрепала девочку по русой головке.
– Где твоя мама? – продолжала спрашивать она, – или няня? Или еще кто-то, с кем ты гуляешь?
То, что кто-то сопровождать ребенка должен был, пожилая дама поняла сразу: девочка совсем не походила на беспризорницу, была чистенькой и приличной на вид.
Однако ответа на вопрос не поступило, девочка молчала. Хелен принадлежала к той породе детей, которые помнят лишь некоторые указания родителей, напрочь забывая об остальных. Так было и сейчас – она прекрасно помнила буквально вдолбленную в нее мысль о том, что с незнакомыми людьми разговаривать нельзя. Зато о том, что убегать от взрослых тоже нельзя, она как-то позабыла.
Это, казалось бы, неудивительно, ведь Хелен было всего два года, но нет, к своим двум годам она была прекрасно развита и довольно умна – это было очевидно уже теперь.
– Хелен! – раздался издалека крик, и старушка и девочка, обернувшись, увидели спешащую к ним испуганную молодую даму. Дама была бледна, как мел, темно-каштановые волосы ее слегка растрепались, щеки раскраснелись от бега, а сама она тяжело дышала.
Едва заметив малышку, молодая женщина опрометью бросилась к ней.
