Бен плохо помнил отца, ему не было и четырех лет, когда тот уезжал. Он помнил лишь то, что папа был очень высоким, выше всех остальных обитателей дома, и у него были очень теплые руки, которыми отец с удовольствием трепал Бена по макушке, такой же лохматой, как и его собственная.
Бен знал, что отец уплыл далеко, в дальние страны, и пока не может вернуться к ним с мамой. Иногда он говорил об этом с Люси, которая помнила отца чуть лучше, и удовольствием рассказывала ему и Хелен о том, как он играл с ними в разные игры и пел им по вечерам песни.
Голос отца Бен смутно помнил и сам, и этот голос казался ему необыкновенно красивым, хотя он и был порой гораздо более звенящим и многогранным, чем обычно. Именно это пение и запало однажды в душу мальчика, и он мечтал когда-нибудь услышать его снова, услышать, как поет его папа. О том, что необычный звенящий голос принадлежал не папе, а папе с мамой, чьи голоса сливались в унисон, он не помнил – слишком мал был.
Теперь же в доме появился новый мужчина, и, хотя Бен чувствовал, что тот пришел не заменить отца, все равно он в некотором роде воспринимал его как соперника. А еще как крайне интересный объект для изучения, ведь Бен никогда не был близко знаком со взрослыми мужчинами, с которых можно брать пример. Пожилой садовник не в счет.
Поэтому юный Хоуп не углядел ничего дурного в том, чтобы в момент, когда все домашние будут внизу, осмотреться в комнате у гостя. Он ни в коем случае не собирался брать что-либо без спроса, этот урок он в свои неполные шесть знал на отлично, он бы просто посмотрел.
Вообще, саму комнату Бен, конечно же, прекрасно знал, ведь это была комната в его доме. Гораздо больше его интересовали вещи гостя, вещи, принадлежащие взрослому мужчине, каким и он когда-нибудь станет.
С искренним интересом он оглядел чемодан с одеждой, книги, блестящую полицейскую каску, лежавшую на тумбочке… Как интересно, может быть, он сам когда-нибудь станет полицейским и тоже будет носить такую… А затем внимание мальчика привлек необычный предмет, лежавший около умывальника.
Странная серебристая штуковина, слегка похожая на нож, призывно сверкала под пробивающимися в комнату солнечными лучами. Не в силах сдержаться, мальчик протянул руку и осторожно взял аккуратную вещицу за узорную ручку. Улыбнулся, видя, как в лезвии, словно в зеркале, отражаются его карие глаза, и склонил головку набок, любуясь сверканием светло-серого металла.
Ах, как красиво!
От созерцания незнакомой прекрасной вещи его отвлек тихий вскрик. Мальчик обернулся, продолжая сжимать предмет в руке, и столкнулся взглядом с помутневшими от страха глазами матери.
========== Часть 17. Печать воспоминаний ==========
– Розмари!
Женщина обернулась на зов и невольно вздрогнула, увидев перед собой констебля Дейла.
– Добрый день, – она немедленно попыталась взять себя в руки, – Фрэнсис? Если мы уже называем друг друга по именам?
Юноша немного смутился – он действительно не получал от нее разрешения называть ее по имени, но он тоже быстро взял себя в руки и обаятельно улыбнулся.
– Да, если Вы не против, мэм. У Вас чудесное имя, и произносить его – одно удовольствие.
Фрэнсис и сам удивлялся тому, как смущали его собеседницу простые комплименты. Это и вправду было так, у Рози за ее жизнь было поразительно мало ухажеров, умевших эти комплименты говорить, и это при ее-то внешности и кристально-чистой репутации.
– Нет, я совсем не против, – пролепетала она, очаровательно краснея.
– Прекрасно, – снова улыбнулся Фрэнсис, – а я хотел сказать Вам, что очень рад Вас видеть.
– Я… Вас тоже, – медленно проговорила Рози. Это было совсем не то, чего она ожидала, хотя это и была стандартная вежливая фраза. Вот только в ней не чувствовалось отстраненной вежливости, в ней чувствовалась искренняя радость.
Небо, что этот мальчишка с ней делает! Он всего лишь назвал ее по имени и сказал, что рад ее видеть, а у нее уже голова от счастья кружится.
Их так толком и не начавшуюся беседу прервала миссис Дейл.
– Здравствуйте, миссис Дьюи, – приветливо улыбнулась она, с хитрым прищуром поглядывая то на нее, то на внука.
– Добрый день, – вежливо поздоровалась Рози.
Фрэнсис выглядел слегка раздосадованным, как будто и он не слишком был рад появлению любимой бабушки.
– А Вы сюда часто в гости приходите? – поинтересовалась Аннабель, – Вы, я вижу, и впрямь в большой дружбе с хозяевами дома.
– Ну да, – пожала плечами Рози, – миссис Хелен – моя крестная мать, я сама – крестная всем троим детям… С детства с Хоупами дружбу вожу.
– Это замечательно, – радостно всплеснула руками бабулька, – а скажите, деточка…
Фрэнсис уже было шагнул вперед, чтобы немного осадить бабушку, но его вмешательство не потребовалось. Разговор моментально оборвал донесшийся сверху крик.
***
– Мама? – испуганно пискнул Бен, с ужасом вглядываясь в смертельно бледное лицо матери.
– Бен, – просипела Джоанна, еле выдавливая слова, – положи ее на место.
Она протянула к сыну дрожащую руку и осторожно сделала маленький шаг вперед.
– Бен, – прошептала она, пошатываясь.
